— Оставить себе, значит назначить нового капитана, — напомнил собеседник.
— Особых проблем с этим нет, по крайней мере, шхуна могла бы быть хорошим инструментом разведки. – Я потёрла глаза и отдала чертёж Краулеру. – Бросим и всё, на ней всё равно нет подсказок, как можно найти Остров, да и с Дельфинами будет покончено окончательно, – я невольно скривилась, вспомнив, что мне приходилось делать в трюме шхуны всего пару дней назад.
— Хорошо, заберём всё и оставим. — Утвердил Краулер. — Что-то ещё?
— Нет. – Я опёрлась о кровать руками, но тут же отдёрнула одну из ладоней, поскольку напоролась на ту самую коробочку, которую ранее держала в руках Бриджит.
Выдохнув, посмотрела на Краулера с некоторым сочувствием и пониманием.
— Если на борту будут попадаться какие-то камни непонятного происхождения, странные вещи, которых ранее никто не видел – сообщайте мне. Можешь идти.
— Конечно, капитан. — Краулер поднялся с дивана, забрал схему и сумку, после чего покинул каюту. Под палубой он должен будет начать инструктаж команды, не забыв начать с того, что первая цель – новый корабль.
Когда мужчина вышел из каюты, я посмотрела на коробочку маман и прикусила губу. Любопытство играло против меня, и это ощущалось каким-то шестым чувством. Но, с другой стороны, мне действительно хотелось узнать, что же оставила лоа в мире живых. Поколебавшись несколько минут, я всё-таки взяла коробочку и открыла её, насторожившись. Но какого же было моё удивление, когда в голове сложилась полная картинка «подарка» Бриджит. Это был комплект украшений: серьги, наручные браслеты, ожерелье и ножные браслеты. Лоа смерти всегда испытывала тягу к красивым вещам, но я бы никогда не подумала, что она подарит мне хоть что-то после того, как отказала в покровительстве. Это было крайне странным, но думать об этом мне не хотелось. Я взяла колечко и, недолго думая, надела его на палец. Приятный металл холодил кожу, в то время как аметист очаровательно оттенял чуть обветренную и сухую кожу на ладони.
На моих губах появилась улыбка. Вот только она быстро исчезла, стоило мне напомнить себе, что Бриджит была крайне зла на меня. Поспешно сняв кольцо и вернув его в коробочку, проворно убрала её под подушку. Меня вновь атаковали обострившиеся страх и тревога, и для того, чтобы заглушить эти чувства, я стала напевать тихую персидскую песню и готовиться к захвату корабля. Чувства могут и подождать, а корабль и море – нет.
***
Издалека порт казался небольшим сгустком ярко-оранжевых огоньков, мерцающих на фоне тёмного моря. Если бы в тиши не раздавались пьяные крики с пристани, то можно было представить, что это не испанский порт, а всего лишь сказочный тихий островок, принадлежащий какому-нибудь богачу-вудуисту. Вот только по мере приближения сказочное очарование быстро развеивалось: неподалёку от самого порта на якоре мерно покачивался накренённый вперёд разбитый фрегат без одной мачты; от пристани, покачиваясь на волнах, отходил роскошный шлюп с алыми парусами и большой золотой надписью во весь борт «Галка». А на самой пристани, точнее в самом начале, были пришвартованы несколько баркентин, за ними шёл разбитый баркас с крепкими повреждениями, неплохая каравелла, а завершал коллекцию кораблей потрёпанный линкор, который явно нуждался в починке на верфи.
Отложив в сторону подзорную трубу, я повернулась к пиратам, легко улыбаясь.
— Господа, ответь мне, – достаточно громко, чтобы меня услышали матросы, обратилась я к ним, укутавшись в плащ и скрыв импровизированный костюм куртизанки, – сколько вам нужно в среднем времени, чтобы незаметно перетащить все вещи на новый борт? Наша цель – каравелла.
Краулер не дал никому ответить, пресекая любые необдуманные слова матросни.
— Два часа, капитан. Может, меньше, если подойдём борт в борт, но тогда есть риск тревоги.
— Встанем неподалёку, – откликнулась я, возвращая взгляд на пристань, – место есть. Значит, ориентироваться на два часа, хорошо. Если управитесь быстрее, то один пусть зайдёт в таверну, даже если меня не будет видно, вас я увижу. Ждёте, пока я выйду. Оставшаяся команда будет готовить корабль к отходу.
— Есть, кэп. — Отозвался Краулер и начал поворачиваться к трюму, когда его затормозил вопрос матроса.
— Развлекаться будете, капитан? — спросил он с насмешкой. Остальные неуверенно заулыбались.
— Безусловно. – Нейтрально ответила я. – Барон Смерть не любит, когда ему отдают души людей в унылом состоянии. А так красивая женщина уделит время, нальёт рома с сорока жгучими перцами, заставит обжираться от пуза и вдобавок будет сладко петь о том, что там, за чертой смерти, ждёт свет и покой, к которому так стремится душа вольного моряка.