Пираты оценили шутку довольно тучного старшего канонира. Я сдержанно улыбнулась и слегка похлопала шутке.
— Ладно, отдыхайте, господа, не буду перебивать вам аппетит своим очарованием. Если останется еда, можете забрать её с собой. Джин разрешит.
— Спасибо, капитан. — Поблагодарил старший.
Тем временем, меж собой матросы принялись обсуждать внешность и поведение Джинни, явно находя её очень любопытной частью команды. А я, собрав все свои вещи и экипировавшись, направилась в город.
Разбитая дорога, ведущая в город, рассыпалась под ногами, поэтому мне пришлось перейти на обочину, где, как оказалось, уже была протоптана тропинка. Петляя между домов, я вскоре вышла на ремесленную площадь, где расположились не только ткачихи, но и плотники и даже мясники, впрочем, посетителей у них не было, и торгаши говорили между собой. Осмотревшись вокруг, я смогла отыскать то, что мне нужно: большая, просторная постройка с деревянной наковальней стояла на железных сваях и имела стальные ставни и рамы. Каменная труба, отходящая в сторону, была украшена пиками и шипами.
Остановившись на пороге здания, я с интересом рассматривалась кованые ставни и рамы. Видимо, дела у кузнеца шли крайне плохо.
— Роджерс! – услышала я громкий голос Дэнни. – Ты свой чёртовый щит капитана Великобритании сделал через жопу осьминога! Зато на трубу приварил пики точёные, а где хуи дрочёные?!
Осторожно приблизившись к двери в кузню и заглянув внутрь, увидела странную картину. Дэнни, женщина с прямыми, чёрными волосами и чёрными глазами, стояла над толстенным кузнецом и сурово рассматривала его работу и была недовольна. Чёрные брюки и жилетка, подчёркивающая крепкую фигурку, и белая рубашка с широкими рукавами и манжетами на запястьях выделяли абордажницу на фоне серой, закоптившейся кузни. От этого картина выглядела не столько забавно, сколько странной: откуда у вудуистки могут быть деньги на хорошие вещи в подобном порту?
— Капитана Испании, – сухо поправил её Роджерс.
— Стив! Ты хоть раз испанский флаг видел? Разуй яблоки свои глазные! – Дэнни повысила голос и, топнув ногой, упёрла руки в бёдра.
— А то ты что-то смыслишь в политике! – Стив попытался отстоять свою честь. – Я тебе что, грамотей?
— Простите, я не мешаю? – я осторожно постучалась в стальную дверь и привлекла их внимание. Испанка крепко и экономично развернулась на пятках и хищно посмотрела на ту особу, которая поспела вмешаться в диалог.
— Прости, закрыто, – Стив обречённо опустил голову и показал на табличку, он, судя по лицу, с радостью провалился сквозь землю. – У нас этот... перерыв.
Дэнни всё-таки поутихла и с изумлением смотрела на меня, взгляд чёрных глаз потеплел, а остренькие черты лица испанки чуть смягчились.
— Да ладно? Ебите меня драконы. Маркс?! – вудуистка, бросив ругаться на кузнеца, рванула ко мне и порывисто обняла за шею. – Это ж ты какими ветрами тут?
— Попутными. Дэнни, ты не против, если я тебя украду? – я поцеловала её в щёку. – Хочу пригласить тебя в команду к себе.
— В свой курятник, да? – она немного убавила градус горячности и заметно подобрела.
— Да, на каравелле, – я знала, что и Дэн, и Вирджи прекрасно знали название кораблей, но упрямо не хотят называть их нормально, предпочитая простецкие и разговорные описания.
— Да без сопротивления, подруга. Пойду с тобой хоть в таверну бухать. – Она обняла меня за талию и потащила в порт, намеренно занимая позицию ведущей. – Джин уже нашла?
За нашими спинами послышался облегчённый выдох кузнеца, и Роджерс предпочёл моментально закрыть дверь и ближайшее окно, щёлкнув с другой стороны ставнями.
— Слава богу, – крикнул он в своей мастерской.
Испанка со смешком повернула голову к кузне и покачала головой:
— Какой ранимый, – Дэнни повела меня в порт, но не по той дороге, что я шла, а совершенно другой. Мы вышли на аллею небольших кустарников, которыми никто не занимался долгое время.
— Да, даже к Самуту зашла, – я улыбнулась, позволяя испанке вести меня. – Что-то он какой-то странный...
— А, ещё не подох... – Дэнни с чувством сожаления сплюнула. – Мразь старая. Джинни же тебе не рассказала, да?
— Нет, – я покачала головой, созерцая сухие кусты ежевики, – Но Самут вас явно возненавидел. Произошло что-то серьёзное? Вы раньше были любящей семьёй.
Дэнни воинственно сверкнула глазами и пнула лежащий у неё на пути камень.
— С ума сошёл он. Окончательно. Его только смерть исправит. Мы с Джин пришли из плаванья около года назад, и всего пару месяцев, как жизнь немного наладилась... Вири в море познакомилась с одним мужчиной, внимательный муж, идеальный отец... Был бы. Да вот только Самут, как узнал о беременности Джинни, подсыпал ей в еду травы, вызвав выкидыш, а моряка того вообще заставил мучиться перед смертью на глазах Вирджи, – Алаверо проскрипела зубами и опять пнула камень, явно сожалея, что это не голова Самута. – Кости распадались внутри тела. Джинни чуть с ума не сошла, а я чуть не убила Самута. Остановило только то, что Джинни осталась бы совсем одна. Она неконтролируемым выбросом силы немного утопила его дом в море. Жаль, что не смыло. Мы и ребёнка, и его отца в море похоронили, как настоящих моряков.