От милого общения отвлёк нас голос Краулера, который уже распорядился всем сесть по местам, оставив несколько стульев свободными.
— Что же. Пойду на лобное место. – Отшутилась я, пропуская сестёр вперёд. Женщины, перекинувшись несколько насмешливыми взглядами относительно моего суждения, пошли вперёд.
— Ты капитан, Маркс, – напомнила подрывница, – ты Закон и порядок на корабле.
— Точно. – Улыбнулась я одними губами, едва коснувшись ладонью горящего от боли бедра. Острые раны неприятно раздражали мышцы, заставляя меня излишне напрягать ногу, чтобы не выдавать хроматы. Но эти короткие и раздражающие приступы боли позволяли мне немного, но возвращаться к реальности.
Мы направились ближе к пиратам. По дороге я заметила, как Каиф осаждала Краулера какими-то вопросами относительно правил на корабле и иерархий. Это было понятно их жестов мужчины и девушки: он ладонями указывал, что такое вертикаль, а что такое – горизонталь, потом указывал на себя или на меня, а то и вовсе на офицеров и после этого показывал «точки» на осях.
Со стороны была забавно наблюдать за этим. Словно бы отец обучает дочку каким-то особым премудростям и терпеливо отвечает на все вопросы, которые задаёт подрастающее поколение. Да и на самой палубе царило лёгкое возбуждение. Моряки хотели поскорее рвануть к вкусным блюдам, чтобы придаться гедонизму и отпраздновать удачный абордаж и наживу. Новенькие уже влились в команду, что радовало и вызвало одобрительную улыбку, те, кто поопытнее, терпеливо дожидались разрешения наброситься на еду.
Все заняли свои места: Краулер сидел справой стороны от меня и тоже, казалось бы, был на иголках; Каиф ускакала к Дэнни и Вирджи, которые заняли стол по бокам от меня и квартирмейстера. Африканка очутилась на месте одного из офицеров. Тот хотел было возмутиться, но мой строгий взгляд быстро призвал его к порядку. Моряк, кивнув, занял соседнее место с юной вудуисткой.
Мне пришлось собраться с мыслями за доли секунды и переключиться с решения мелкого конфликта на обращение к морякам.
— Дамы и господа, все мы – свободные люди. Все мы по доброй воле оказались на борту этого корабля. – Я подняла над столом свой бокал с соком. – Мы по доброй воле вступаем в бой и схватку, выгрызая свою выгоду зубами. Впереди нас ждёт ещё много сражений, из которых мы выйдём победителями. Иначе и быть не может. Можете предаваться гедонизму!
Я подняла бокал над собой, немного вытягивая руку, призывая моряков выплеснуть накопившееся напряжение и радость. Реакция людей не заставила себя ждать. Пираты крикнули нестройным хором и довольные набросились на еду, а я опустилась на свой стул и пригубила сок.
...Довольно быстро пираты забыли о моём присутствии на борту и вовсю веселились: рыжая Алаверо нарисовала какие-то печати, создающие музыку, черненькая Алаверо наколдовала какие-то свои знаки, которые создавали иллюзии лёгких, холодных искорок. Короткие вспышки молний, перемежающиеся с яркими плясками огненных языков, соединялись в причудливые узоры и ритмы. Морякам, казалось, вся эта магия нравилась. Уж больно они увлеклись игрой, кто успеет хлопнуть по грозовой стреле, параллельно отплясывая какой-то незамысловатый танец.
Обе сестры Алаверо успели утащить Каиф в какой-то свой танец, давая девочке возможность освоиться на палубе и ощутить себя в безопасности вблизи подвыпивших мужчин. Однако подобные пляски постепенно успокоились, когда пираты выплеснули достаточно энергии.
— Крау, – неожиданно раздался голос Дэнни, которая отпустила из теплых объятий Каиф и повернулась к нам с квартирмейстером, – ты корни пустил? Пошли, потанцуешь.
Вудуистка шустро приблизилась к нам и, плюхнувшись враскоряку на стул, протянула руку, приглашая англичанина на танец. Я с ухмылкой посмотрела на подчиненного, попивая ананасовую воду с кокосовым молоком.
— Не люблю, спасибо. — Благодушно ответил Краулер. — Я же не горячий испанец, чтобы любить такие знойные вещи.
— Вот только не говори, что ты нудный англичанин, а? – вудуистка, кажется, наигранно поникла. Но оживилась практически моментально, намереваясь что-то сказать.
— Элли, он у нас выживший на корабле одного командора-стрелка, который по требованию к дисциплине равен зачарованному пистолету. Всегда нужно быть внимательным и собранным. – Вмешалась я, остужая пыл испанки.
— Эх, ладно. – Алаверо совершенно не расстроилась, а только схватила с тарелки кусочки нарезанного драконьего фрукта и улизнула обратно к сестре и Каиф, к которым уже откровенно подкатывала пара абордажников.