— Надо же, лоа благосклонны ко мне. – Я постаралась добродушно и легко улыбнуться, но вышло слишком тоскливо и с легким налётом слёз в голосе. Покашляв, поспешила в трюм, стараясь не выходить на верхнюю палубу, а пользоваться запасными люками у капитанского мостика.
Краулер промолчал, не решаясь давать каких-либо комментариев. Последнее тело он взял на руки как невесту, которую несут через порог, хотя было бы легче закинуть на плечо. Он не сочувствовал девушкам. Он видел только тела, которые надо убрать, но всё же явно пытался поддержать меня.
Когда мы оба спустились с телами в трюм, я уложила Эсту около пробоины и, наклонившись над ней, сделала саблей несколько проколов в районе лёгких. Такой же трюк пришлось проделать и с Клариссой.
Подтянув тело к пробоине, аккуратно столкнула его в воду, позволяя морской глубине поглотить бывшую пленницу Рокса. Клару ждала та же учесть, что и подругу.
Когда обе женщины пошли ко дну, трюм вновь заволокло дымкой, но теперь с хвойным и кокосовым запахом.
— Что же, это вылазка получилась странной и... Мрачной. – Я повернула голову к Краулеру. – Не могу представить, до какой точки отчаяния надо было дойти, чтобы самолично принять яд.
— Ну... — начал было Краулер. Далее он явно перебирал варианты ответа один хуже другого, пока его не осенило. — Они окончательно поняли, что они товар своих близких и не смирились с этим.
— Кратко и лаконично. – Я мрачно улыбнулась англичанину и, проходя мимо него, похлопала по плечу. – Пойдём, огорчим команду провальной вылазкой.
— Не обязательно. — Пытался поддержать он. — Мы точно знаем, что командоры сбежали, и мы больше их не увидим.
— Твой вариант мне нравится больше. Может, Рокс тоже окончательно сбежал куда-нибудь на материк.
Мы вышли на палубу.
— А вот это уже невозможно. — Понурил голову Краулер, поднимаясь на борт вслед за мной.
Около трапа нас уже поджидала Вирджи, которая медленно, но якобы незаметно, стряхнула с ладоней порошок и улыбнулась. И Элли, которая любовно разглаживала платок, повязанный вместо ремня. Мертвяк стоял за плечом у своей хозяйки и даже не скрипел, хотя его броня сверкала чуть ярче.
— А чего там было? – канонирщица наклонила голову к плечу и немного покачалась из стороны в сторону, выражая тем самым нетерпение. – Ничего интересного?
Я выдохнула и прикрыла на секунду глаза. Алаверо и так всё видела, может, не поняла, но видела. Дэнниэлла, вероятно, отправила за нами драугра через Перекрёсток. И, скорее всего, он впитал в себя часть магии, по-другому я бы не смогла объяснить, почему переливаются его доспехи.
— На борту этого маяка было два трупа женских трупа, – громко начала я, чтобы слышала вся команда, – мы не знаем точно, кем они были при жизни, но они явно прибыли сюда с теми, кто когда-то был командорами на Острове. Эти женщины выбрали смерть через яд, запитым крепким ромом. – Внутри у меня всё перевернулось от вновь вставшей перед глазами картины. – Мы с Краулером похоронили их, предав морю. Беглецы забрали всё, что могли унести и уничтожили всё то, что могло быть сожжено.
Я окинула команду взглядом. Кто-то из моряков насупился и попятился. Кто-то шептался о погибших. Все три вудуистки с удивлением смотрели на меня.
— Поэтому мы ложимся на курс, который ранее рулевому и штурману давал Крау, и идём в сторону севера. Будем первыми, кто найдёт там что-то полезное. И это что-то будет нашим.
Глава 38. Маркс Фантэнхал. Воспоминания
Корабли, люди, острова, сражения – всё это постепенно теряет чёткие очертания, сливаясь в один звук волн и залпы пушек, становится обыденностью. Короткие передышки в потрёпанных портах, оставшихся без внимания управляющих много лет назад, периодические вылазки куда-то за пределы маршрута – это вольная жизнь путника в солёных водах.
До места нашего назначения пришлось идти очень и очень долго, погода будто бы отваживала нас от северных берегов: то штиль, то адский шторм, то невыносимая жара, вынуждающая прятаться в трюм, чтобы не упасть в обморок от измора.
В один из дней мы всё-таки нашли какое-то мертвецко-тихое место, в котором глохли все звуки, стоял густой туман и удушливая сырость. Никто не знал, откуда появилась плотная белёсая завеса, никто не успел отследить, когда всё это началось. Нам пришлось идти наугад, потому как ориентироваться было невозможно – все наши приборы были бесполезны в плотном и густом тумане. Мы не видели ни неба, ни моря, ни линии горизонта – нечего. Многие матросы банально валились от усталости, чтобы хотя бы держаться на ногах, кто-то из пиратов терял концентрацию, необходимую для быстрого выполнения команд. Поэтому пришлось разделить экипаж ещё на несколько групп, а тех, кто отдыхает, насильно отправлять в кубрик спать. На палубе сейчас дежурила я, Вирджи и пара абордажников. Поскольку ветра не было и не предвиделось, никому не нужно было лезть к парусам, что заметно облегчало задачу.