Мне просто захотелось умереть, но ровно до тех пор, пока ледяная вода не коснулась разгорячённой кожи лица.
Дёрнувшись от влаги, я попыталась спрятать лицо и отмахнуться руками, преодолевая тяжесть. Не получилось.
— Попридержи лучше голову, воздух к голове должен подступить и шею ей открой. – Скомандовал неизвестный мне мужчина. Он стоял передо мной и немного хмурился, приказывая что-то другим людям жестами. Через пару мгновений он присел на корточки, и я увидела перса, похожего на Сагира. Но глаза у него были синие и волосы чёрные, в отличие от каштановых прядей Сагира. И имена созвучные. Они братья.
Сагир, изловчившись, легко полил заднюю часть шеи и основание черепа водой, отодвигая вороник моей рубахи и постаравшись растрепать прилипшие к лицу волосы.
— Ч…т… – сорвалось с моих губ, когда я мотнула головой.
— Тихо-тихо. – Шагир плеснул мне на лицо воды, окропив намеренно лоб и глаза. – Что-то ты какая-то странная.
Голос у брата Сагира был ниже и чётче, напоминающий размеренный раскат грома. В отличие от первого встреченного мной перса, у которого больше плавности, как легкий треск огня. Воспользовавшись тем, что у меня нет сил, зеленоглазый перс поднял меня и посадил на лавку и открыл ближайшее окно, впуская прохладный воздух.
Моё состояние не позволяло мне ухватиться за сознание полноценно, поэтому я просто банально завалилась на бок, пытаясь продышаться.
— Принеси ещё воду. – Послышался голос Шагира надо мной, и в следующий момент я ощутила, как прохладная ладонь коснулась моей сонной артерии. – Перегрелась, что ли?
— Держи. – Вновь вернулся Сагир и протянул своему брату графин.
— Хочешь утопить? – посмеялся второй перс и, набрав в ладонь воду, легко покапал мне на макушку. Мне показалось, что по моему телу прошла молния, вызывая озноб.
Закряхтев, я попыталась сжаться, чтобы согреться. Было холодно и как-то пусто, будто бы меня оставили в огромном помещении в глухом одиночестве. Медленно моргнув, я сначала зажмурилась, потом открыла глаза и расслабилась, окунаясь в беспросветную усталость.
— Да вон, очухалась, вроде. – Сагир, кажется, нахмурился. – Маркс, всё в порядке?
— Что это было? – одними губами спросила я, стараясь не уснуть.
— Эм… – Шагир замялся, – я переборщил с выравниванием потоков.
— Вудуисты, значит, – я закрыла глаза, ощущая тошноту. Только этого не хватало, агрессивные вудуисты – владельцы острова.
— А ты и не почувствовала… – усмехнулся Сагир. – А я хорошо поработал, не заметила полноценного вмешательства и создания у тебя ко мне доверия…
Я не стала говорить, что мне было страшно и тревожно. Какая-то неприятная мысль сверкала в голове, но поймать её никак не получалось. Что же… Что же…
— Что с моим экипажем и кораблём?
— С ними всё в порядке. Мы дали им осмотреться, узнать, что и как, – ответил Шагир.
— И тем самым вы изучаете их поведение, чтобы собрать больше данных, которые потом можно обернуть против нас. И воры уже изучили корабль, – продолжила я схему, которую не договорил один из персов.
— А ты мне нравишься. Соображаешься неплохо, – улыбнулся синеглазый вудуист. – Придёшь в себя – поговорим получше.
— Ага.
— Ты не выйдешь из порта, пока не расскажешь нам пару занимательных вещей, Маркс. – подал голос Сагир.
— А вроде ты должен быть осторожным и миролюбивым, как и задумывалось до этого момента, – огрызнулась я, понимая, что мой план слинять провалился.
— Игра раскрылась раньше. Не за чем держать карты в рукавах. – Пояснил перс и помог мне сесть. – Если хочешь, можешь идти на корабль. Но выйти не сможете.
— Ага. – Сильно пошатнувшись, я встала на ноги и, провожаемая задумчивым взглядом Шагира и Сагира, направилась на корабль.
***
… Я практически не помнила, как вернулась на корабль, сопровождаемая неприятным ощущением в груди и каким-то сильным жжением по всему позвоночнику. Ноги тяжелели, но каким-то усилием воли мне удавалось удерживаться в вертикальном положении и даже не останавливаться, чтобы передохнуть.
К горлу подкатывала тошнота, вынуждающая расслаблять гортань и немного приоткрывать челюсть, чтобы не сводило скулы от неприятного жжения. В какой-то момент тошнота сменилась просто дискомфортом и болью в желудке, что тоже довольно быстро сменилось сильной тяжестью внизу живота.
Непонятная для меня миграция боли глушила любые мысли и попытки собрать мысли в кучу, порождая всё больше и больше тревоги.
Это состояние немного спало, когда я поднялась на борт и, проигнорировав все обращения пиратов ко мне, прошла в каюту. Не закрыв дверь, просто рухнула на кровать и закрыла глаза, ощущая, как все тело становится ватным и неуправляемым. Мелкая судорога прошла по позвоночнику, вызывая перед внутренним взором какие-то несвязанные с реальностью картины: мягкий ковёр под ногами, звонкая, печальная музыка, тихие напевы женским голосом и какой-то сковывающий страх, который скинуть можно только ритмичным танцем. Чтобы не замереть навсегда.