— Всё в порядке? – голос Вирджинии раздался слишком громком и неожиданно, что побудило меня даже открыть глаза и посмотреть на вудуистку.
Та стояла около двери и внимательно рассматривала меня, помешивая в кружке, судя по запаху, какой-то отвар. Приблизившись ко мне, подрывница присела и, потрогав лоб, покачала головой.
— Так себе, – просипела я. – Что-то случилось?
— Да, я отвар тебе принесла. Твои офицеры зашебуршали, что капитан померла: ввалилась на корабль, прошла в каюту и легла на кровать, не шевелится. Так что я пришла тебя воскрешать и узнавать, что произошло. – Она присела на пол около меня и похлопала по щеке. – Давай-давай, рот открой и выпей хотя бы пару глотков.
— Что это? – я постаралась заглянуть в кружку, но Алаверо нахмурилась и отодвинула от меня ёмкость.
— Не доверяешь мне? – резонно поинтересовалась она и выгнула брови, выжидая ответа.
Я стушевалась, осознавая, что только что могла обидеть подругу. И тут же поспешила оправдаться.
— Доверяю, просто… Я не могу понять, что за отвар, у него нет запаха.
Она покачала головой.
— Это не у него запаха нет, а ты не чувствуешь. Видимо, тебе сильно восприятие мира сбили, – сделала она вывод, всё ещё хмурясь от моего недоверия, но уже лояльнее отнеслась к тому, что я взяла кружку с осторожностью.
Поднявшись на локте, я принюхалась к отвару, стараясь понять, что там. Но ничего не выходило. Всё-таки выпила жидкость и завалилась обратно на кровать, ощутив, как кисло-горькая жидкость стекает по горлу и оседает на языке.
— Ромашка с лимоном?
— Нет. Настойка с шалфеем на гранате и бруснике с Перекрёстка. У местных купила травы и сделала. Вот, ты первая, кто пробует, – пояснила Джин. – У них богатый ассортимент трав и камней. Вдобавок разузнала, что у них тут источники есть, где магия просто ключом бьёт.
Я прикрыла глаза и опустилась на кровать, стараясь уловить изменения в теле. Постепенно возвращалась чувствительность ног и рук, голова понемногу остывала, собирая мысли воедино.
С некоторым усилием я села на кровать и протёрла голову, растрепав волосы и дав доступ кислорода к макушке.
— Я нарвалась на двух братьев, Сагира и Шагира, вудуисты, заколдовали меня. В обморок упала, потому что Шагир чего-то там не то не сделал, – пояснила я.
— Сагир и Шагир – это сыновья местного губернатора Карима Сулеймана Амира, старого перса. Да тут весь остров практически из персов и на костях персов. – Вирджи улыбнулась. – И вот эти два молодых и горячих перса, один из которых женат и имеет четырёх детей, являются фактически «исполнителями» воли папани. Много лет назад Карим ввёл своего рода «комендантский час», который со временем им часа превратился в стиль жизни. Теперь им вообще запрещено хоть как-то показывать, что тут может быть красиво и хорошо.
— Тебе жители всё сами рассказали? Без применения магии?
— Ну… – Вири кокетливо погладила себя по ярко-рыжему локону и немного «потанцевала» головой и плечами, – женская магия считается: обаятельная улыбка и мурлыкающий тон?
Я улыбнулась, что не говори, а Алаверо была не только хороша собой, но и хитрая, как лисичка.
— Что-то ещё?
— Да вроде нет, в основном остров погибает из-за экономического застоя. И вдобавок постоянные походы младшего вояки Шагира происходят. Они обычно начинаются после каких-то провалов на рынке происходят.
— Они упоминали, что их грабят и нападают, может, отбиться пытаются… – я села на кровати и потёрла лицо руками, после чего хитро взглянула на подругу. – Прикупила себе чего-нибудь?
Вудуистка широко улыбнулась и, встав, покружилась. Лёгкая бирюзово-белая юбка взметнулась вверх, оголяя крепкие ножки, на которых я увидела ножные браслеты. Сочетание струящейся ткани и ярких бусинок на браслетах создавали впечатление, будто бы Вирджиния только сошла с небес, где танцевала в ярких бликах солнца. Кофта на вудуистке тоже была новая: цвета морской волны с серебристыми вставками на груди и расшитая золотыми нитками.
— Выглядишь шикарно.
Вири плавно вскинула руки, хлопнула в ладоши и сделала пару проворных и лёгких танцевальных движений, которые позволяли продемонстрировать не только пластику тела, но и координацию движений, яркость образа и ловкость самой вудуистки.
— Спасибо, – расцвела Алаверо и села в кресло, вальяжно закинув ногу на ногу. – Как себя чувствуешь?