- Я готов служить тебе... - пробормотал он как во сне; собственно, он и был во сне, только во сне иллюзий и убеждений. Я взяла его саблю, кивая и улыбаясь.
- Я принимаю тебя на службу, Арно.
Достав из кармана брюк ленту, я разрезала её на две части: одну повязала на запястье мужчины-моряка, а вторую - на своё. Так будет надежнее...
- Анро, ты можешь идти на палубу. Веди себя как и обычно, но новых матросов не трогай. Приказываю тебе.
Квартирмейстер приложил пальцы к виску. Встав с колен, он забрал у меня свою саблю и вышел на палубу.
Я рухнула на стул, закрывая лицо руками. Просидев так несколько минут, я допила свой чай и пошла за Арно.
Глава 10
***
...Шхуна уже подходила к порту, когда Гитиас делал последние приготовления. Он уже не нервничал. На его лице была жёсткость, свойственная крайне серьёзному человеку, который не любит тратить время. Вчерашние события лишь сильнее подыграли образу, и командор был почти на иголках. Команда корабля уже не обращала внимания на новеньких, а личный отряд Маркс был готов прыгнуть в воду и незаметно подплыть к острову.
— Маркс, лучше прыгайте сейчас: так они не заметят вас точно. У них нет маяка.
— Позже. — Девушка опёрлась руками о фальшборт шхуны и посмотрела в воду. — Когда поравняемся с зарослями. — Она указала на заросли, которые виднелись чуть дальше по скале.
— Главное, не запутайтесь в них. Нужно всё делать быстро, а то морскому дьяволу лишь известно, насколько мы опаздываем. — С этими словами мужчина отошёл к корме, затачивая клинок.
Капитан упорно смотрела в воду, справляясь со своей паникой. Но понимая, что пути назад нет, глубоко вздохнула, стараясь прийти в себя. Получалось плохо.
Когда шхуна подошла на нужное расстояние, то группа Маркс была уже готова: матросы обсуждали между собой план действий, а сама офицер наблюдала за скалами, на которых мелькали вудуисты. Она не боялась, что их могут поймать: в конце концов, у них будет возможность всех перебить до того, как начнутся проблемы.
— Спрыгиваем через пять минут, — сказала девушка и дождалась утвердительного кивка ото всех. — Помните, что нужно?
Матросы вновь покивали.
«Как же медленно», — промелькнуло в голове Маркс, когда она смотрела на заросли возле горы, которые становились всё отчётливей. Сердце с каждым метром билось всё сильнее. Она понимала, что нельзя, чтобы воры видели её неуверенность, поэтому упёрто не смотрела на них, пока не было необходимости, стараясь скрыть нервозность. Незадолго до места, девушка кинула в воду куклу Магуэро, отчего тот начал чихать, а потом просветлел, как и до заклинания.
Гитиас дал обещанный самогон ворам, каждый сделал по глотку, только Маркс не стала пить, понимая, что там может быть какая-то магия, а если пошатнётся магия — всё накроется вмиг.
Корабль поравнялся с зарослями, и группа спрыгнула в воду, проплывая под водой к скалам. Никто даже глазом не моргнул.
Корабль причалил как обычно. Дальнейшие действия смотрителя, капитана и квартирмейстера проходили обыденно. Гитиас быстро сбежал с корабля и ушёл в порт готовить диверсию.
Маркс Фантэнхал
Когда мы выбрались на скалистый берег, то нам пришлось спрятаться от зорких вудуистов, один из них что-то уловил, но мы затихли, прижавшись друг к другу. Когда патрульный ушёл, мы постарались как можно аккуратнее пройти под кроной пальм, чтобы нас никто не заметил. Я чуть высунулась из укрытия, чтобы оценить обстановку: двое мужчин неспешным шагом шли к верхушке скалы, там обычно находился их наблюдательный пункт в разбитом, на первый взгляд, строении. Подождав, пока они скроются за поворотом, махнула рукой ворам.
Мы вылезли из ниши и, продвигаясь вдоль скалы, пошли в тень деревьев.
— Двигайтесь ближе к стволам деревьев. Они с самого верха не увидят, хоть в пляс пускайтесь, — шепнула я ворам, те покивали и на мягких ногах направились в указанную сторону.
Спустя пару минут движения я всё-таки уловила, что внутри у меня всё холодеет, а руки начинают дрожать. Хотелось развернуться и сбежать обратно на корабль. Да на какой корабль?! На дно морское сразу, с камнями в желудке, чтобы не всплывать!
Мы подкрались к большому повороту, возле которого были срублены все деревья. На земле, однако, была просыпана красная дорожка, вдоль которой виднелись амулеты вуду, воткнутые в землю.
«Потом, Маркс, когда всё закончится, нажрёшься вусмерть, устроишь драку в кабаке… Утопишь парочку кораблей. Если живой останешься, конечно, то можно и в недельный запой уйти, сразу отыграться за всё время… Вообще не трезветь», — пел мой внутренний голос, который старался защитить меня от травмирующих воспоминаний.