Обретшая свободу белка (или крыса? Фиг ее разберет) … мокрая, несчастная и одновременно смешная… растерянно огляделась, с визгом заметалась по лаборатории, не зная, где спрятаться. А потом увидела офигевшего до полного онемения меня, издала воинственный клич и внезапно ринулась в самоубийственную атаку, словно это я ее здесь запер и к тому же издевался над бедным животным, как последний садист.
«Внимание. Обнаружен активный автономный модуль „АЭМ-2“ первого поколения со встроенной защитой от действия блокираторов магии, – ошарашила меня еще больше Эмма. – Установить контакт с носителем?»
Я и ответить-то не успел – проворная зверюга на редкость высоко подпрыгнула и вцепилась мне в ногу. Вернее, попыталась вцепиться. Но сумела только оцарапать и, получив по морде, с обиженным, на редкость громким и пронзительным визгом отлетела прочь.
– А ну стоять! Зашибу! – рявкнул я, когда эта сопля попыталась напасть снова. Причем хорошо так рявкнул, на полках банки задрожали.
«Контакт с носителем установлен», – сообщила Эмма. После чего… ну пусть все-таки будет белка замерла, уставившись на меня большими черными глазами, постояла, подумала, а потом вдруг пошатнулась и рухнула замертво, выставив перед собой скрюченные лапки, разинув пасть и вывалив наружу красный язык.
Я опешил повторно.
Блин. Что это сейчас было?!
Поскольку белка не двигалась, то я поколебался, но все же подошел и осторожно поднял ее за хвост.
Фигня какая-то. Только что была мертвой, потом вдруг ожила и вот теперь снова сдохла, словно я не рявкнул на нее, а пустил пулю в лоб.
Кстати, белкой, как выяснилось, я назвал ее не совсем правильно. Хотя с тем, что это именно грызун, все-таки угадал. У обычных белок хвост не такой длинный, торс немного вытянутый, да и морда несколько заостренная, тогда как эта зверушка была совсем крохотной, буквально с детского пупса, однако благодаря густой темной шерсти казалась больше раза в три, да и еще моська у нее была почти плоской, зато на редкость умильной, несмотря на торчащие из пасти острые и до безобразия длинные клычки.
– Какая-то саблезубая белка, – со смешком решил я, вспомнив мультик про ледниковый период, и тут же получил из справочной название этого вида: йорк. После чего осторожно потыкал пальцем в мокрое брюшко и снова удивился. – Надо же, твердая, как доска. Это что же ее так скрутило-то, а?
«Временный паралич, – ответила на мой вопрос Эмма. – Переизбыток нейромедиаторов. Блокировка двигательных нейронов. Особенность вида».
«В смысле она и сейчас живая?!» – не понял я, а потом запоздало глянул на ауру и озадаченно поскреб затылок: и правда, аура у зверька оказалась в полном порядке, так что, похоже, грызун действительно живой.
«Временной стазис был снят при повреждении целостности контейнера, – пояснила странный феномен подруга. – Йорк не являлся мертвым в полном смысле этого слова. Его просто заморозили. Однако после пробуждения он ожидаемо испугался, что и привело к избытку нейромедиаторов».
«То есть это он от испуга в обморок грохнулся?»
«Защитная реакция, – подтвердила подруга. – Когда уровень нейромедиаторов придет в норму, йорк снова оживет».
И в этот момент хвост в моей руке явственно дернулся, после чего безучастно висевшая зверушка, которая мгновение назад даже не дышала, неимоверно быстро извернулась, а затем одним махом оказалась у меня на ладони и уставилась на мое лицо блестящими черными глазами.
– Ну привет, – кашлянул я, держа йорка на вытянутой руке.
Тот забавно склонил голову, а потом фыркнул, шикнул и, каким-то образом вытащив из моих пальцев оказавшийся неимоверно гибким хвост, так же стремительно перескочил на мое плечо.
– Эй-эй, давай ты к шее моей не будешь подбираться? Да ты еще и мокрый, блин! Слезь!
Йорк словно понял, чем именно я недоволен, тихонько застрекотал и так же проворно перепрыгнул на стол. Затем молниеносно вскарабкался на один из манипуляторов. И уже оттуда снова на меня уставился, словно пытался понять, как ко мне относиться.
«Первичная привязка осуществлена», – доложила Эмма, пока мы с йорком играли в гляделки.
«Какая еще привязка?!»
«Управляющий модуль первого поколения не требует подтверждения на уровне крови носителя, но имеет возможность подстройки под более совершенную модель. В поведении йорков на уровне инстинктов заложено подчинение сильнейшему, поэтому теперь это твой йорк. И слушаться он будет только тебя».
Да на кой он мне сдался?! У меня что, дел других нет, кроме как с грызунами нянчиться?!
«Ладно, – решил я. – На обратном пути выпущу. Здесь ему делать нечего, помрет, а в лесу авось приживется».