Тоже не люблю прощаний. Да и сколько там осталось-то до каникул? Четыре? Пять месяцев? Вроде бы каникулы в академии начинаются ближе к концу зимы. Но даже так это немного. Не успеем толком соскучиться, как я уже вернусь.
Стоило мне пройти через ворота, как на левой руке мелодично тренькнул идентификационный браслет.
«Гурто, ну ты где?! – пришло возмущенное сообщение от Тэри. – Сколько можно ждать-то?!»
И рядом – куча гневных эмодзи, которые на Найаре хоть и несколько отличались от земных, но тоже были в ходу.
«Сейчас буду», – сбросил я нетерпеливому приятелю.
«Я у главного корпуса», – ответил тот, заставив меня поторопиться. Но одновременно с этим и расслабиться, ведь одно дело, когда ты приезжаешь на учебу в чужой город совсем один, и совсем другое, когда тебя ждет хотя бы один друг.
Весь год после турнира мы с Тэри поддерживали связь и даже летом активно переписывались, так что я точно знал, что и он здесь сегодня будет. Мы договорились встретиться до полудня, а если получится, то и заселиться в одну комнату. Вот только Тэри до последнего не был уверен со временем, потому что, как и я, летел издалека.
По дороге в администрацию я внимательно осматривался, запоминая, что тут и как, но общая схема академии была мне уже знакома. Год назад мы с наставником прогуливались неподалеку. Так сказать, полетали на воздушном такси по окрестностям, а потом я в Сети уже сам порылся, поэтому примерно представлял, куда идти.
Собственно, даже если бы я и не озаботился поиском информации, то главная дорога здесь все равно была одна и прямая, как извилина у дайна. Если топать строго по ней, то как раз упрешься носом в главный корпус. В то самое здание администрации, где как раз сегодня заканчивался прием новичков.
Аккурат перед ним был разбит ухоженный парк, причем довольно старый парк, с большим количеством раскидистых деревьев, обилием цветов вдоль тщательно выкрашенных бордюров, аккуратно подстриженными кустами, а порой и кажущимися цельными сине-зелеными изгородями, за которыми едва-едва угадывались узкие дорожки.
Высота деревьев тоже внушала уважение. Если бы я не знал, то с первого взгляда и не понял бы, что за ними скрывается большое количество жилых и учебных корпусов. Если смотреть сверху, то можно увидеть, что они располагались вокруг центрального корпуса практически идеально ровным полукругом. Слева и справа от центрального здания, словно крылья у бабочки, расположились два общежития – отдельно для девушек и для парней. Чуть дальше и немного под углом стояли учебные корпуса, соединенные и с администрацией, и с общагами, и между собой как обычными дорожками, так и подземными переходами. Еще дальше друг напротив друга располагались два крытых малых учебных полигона. Следом виднелась еще одна пара полигонов, только уже больших и открытых. Ну а вершину образованного полукольца венчал огромный стадион, вокруг которого, как и по периметру всей академии, находилось огромное количество зеленых насаждений. Чуть ли не первозданный лес, как если бы руководство пыталось отгородить курсантов от всего остального Таэрина.
В центре же полукруга была разбита еще одна зеленая зона, где находился большой и красивый фонтан, чуть поодаль в отдельном корпусе располагалась столовая, а по периферии стояли все те же живые изгороди и виднелось огромное количество скамеек, где можно было и с друзьями встретиться, и поболтать, и перекусить, и просто отдохнуть между лекциями.
Одним из главных отличий академии от простой школы являлось то, что здесь никто не принуждал студентов постоянно находиться на территории вуза. Студенты Первой военно-магической академии, как это принято и в моем родном мире, имели полное право после окончания занятий вернуться домой, если проживали в Таэрине, или на съемную квартиру, если им так было удобнее. И только небольшая часть приезжих подавала документы на постоянное размещение, поэтому жилых корпусов в академии было всего два, да и те, как говорят, наполовину пустовали.
Когда я подошел к административному корпусу, рядом с крыльцом толклось несколько десятков человек. В основном родители, которые привезли ребят с летних каникул, а также те, чьи дети явились, как и мы, поступать на первый курс.
Тэри я заметил практически сразу – он стоял чуть в стороне, причем один, без предков, в компании одной лишь дорожной сумки, и нетерпеливо озирался.
Как и я, он был одет в строгий черный мундир с серебристыми пуговицами, такие же черные брюки, лакированные ботинки, а на его левом плече красовалась эмблема Первой тэрнийской военно-магической академии. В военном отделении, насколько я знал, на ней находились стилизованные и тесно переплетенные знаки, символизирующие единство четырех стихий, а на их фоне изображались перекрещенные кинжалы. Плюс обычные курсанты носили белые погоны с вышитой на них буквой «К». Тогда как у нас с Тэри настоящих погон не было, только похожая на них белая вставка. Зато в ее нижней части имелась цветовая полоска согласно выбранному факультету, а вместо кинжалов красовалась раскинувшая в полете крылья золотая птица. В знак того, что мы, хоть и маги, но все-таки преимущественно мирного направления.