— Да, давай. О чем? Только погоди минутку, мне надо Марку позвонить. А ты пока тему выбирай.
Я вышел в коридор, убедившись, что никто не подслушивает. Когда-нибудь, благодаря Марку, я совсем стану параноиком.
Хоть я никогда не относил себя к экстравертам, это звонок дался мне легко. Раньше я не любил общаться с людьми, предпочитал переписки, а если речь шла о покупках в магазине или о чем-то подобном, то мне приходилось и вовсе тяжело. Но почему-то сейчас мне хотелось именно услышать Марка, а не писать ему. Мне не хотелось видеть простое «Хорошо» с точкой на конце, как любил Марк. Из-за этой точки мне всегда казалось, будто человек на что-то обижен, хоть я знал, что это не так.
Он сказал, что пока покатается по городу, заедет на заправку, а потом будет ждать звонка. Я улыбнулся и вернулся на кухню. Подруга мыла кружки и что-то напевала под нос. Она не заметила, как я вошел, поэтому чуть не уронила кружку, услышав мой голос.
— А я, кажется, нашла, чем нам заняться, — озорно сказала она и повела меня в свою комнату.
Я был здесь не в первый раз, поэтому ничуть не удивился царившему в помещении хаосу — угловой диван был практически полностью завален одеждой, которая, к слову, висела не только на диване, но и на двери, шкафчиках и даже лежала на полу. Но к моему счастью среди одежды не было нижнего белья и грязных носков.
Пока я оглядывал комнату, Рэйчел что-то искала в тумбочке, на которой стояла широкая плоская плазма. Когда она вылезла, ее голова была еще лохматее, напоминая воронье гнездо, а в руках среди кучи проводов я увидел одну из новеньких приставок. Ни для кого не было секретом, что Рэйчел питает слабость к играм и, как минимум, треть жизни провела за компьютером или телевизором. Поэтому я ничуть не удивился, когда она достала из того же ящика два джойстика и минуты за три подключила все к телевизору.
Так мы и провели всю ночь, играя в приставку. Я так увлекся, что и не заметил, как стемнело за окном. Сначала света не было видно из-за штор, а потом я и вовсе забыл про время, с головой погрузившись в виртуальный мир. Ну, а потом, ночью, это стало некой игрой — кто же дольше продержится и не уснет. И я с удовольствием в нее играл.
Я проснулся от первых лучей солнца, настойчиво прожигающих мои глаза. Первое, что я заметил — что голова моя покоится на диване, а сам я сижу на полу. Непонимающе оглядев комнату, я пытался вспомнить, где нахожусь. Лишь когда немного потряс плечом, я заметил рядом спящую подругу и все вспомнил. Этой ночью мы играли в приставку. Даже не помню, как уснул. Интересно, кто же выиграл?
Жмурясь от света, я попытался разбудить Рэйчел. Та что-то пробормотала во сне и продолжила пускать на меня слюни. Телевизор все еще работал, а на коленях лежал джойстик. Наверное, задел его случайно, вот телевизор снова и включился. Пустяки, подумал я, и размял затекшие части тела. Такое чувство, будто по мне всю ночь перекатывали бревна, все болело и хрустело. Еще и солнце это чертово, почему оно светило именно сегодня?!
— Эй, просыпайся, Рэйчел, — вновь сделал попытку ее разбудить.
— М-м, отстань, дай поспать!
— Я бы с радостью, но мне домой пора.
Невольно вспомнив Марка, я мигом вскочил, напрочь забывая про сон. Я пошарил по карманам брюк, пока подруга лениво терла глаза. Пусто. Телефона нет.
— О-ох, черт, — медленно протянула Рэйчел, смотря на время. Десять часов уже, десять! До скольки же я сидел? — Мы так долго играли?
Вопрос был риторический, но все же я ответил:
— Как видишь. Не помнишь, где мой телефон?
— На кухне, кажется, а что?
Точно, кухня. Должно быть, я оставил его там после звонка Марку.
— Да так, ничего.
Я чуть ли не выбежал из комнаты, оставляя лохматую и сонную подругу одну. Телефон я нашел, но не на столе, как думал, а на полу. Подняв, я увидел огромную трещину на подобие молнии посреди экрана. Это еще полбеды, самое страшное ожидало меня, когда я увидел семь пропущенных от Марка. В этот момент невольно начинаешь чувствовать себя виноватым, как перед мамой, когда задержался на улице.
Не задумываясь, я перезвонил и со страхом начал считать гудки. Он ответил на звонок, но молчал, потому я слышал только его дыхание.
— Алло? Марк?
— Ну что, выспался, Эдриан? — услышал недовольный вздох, и на секунду замерло сердце.
— Марк, прости, так получилось. Я у Рэйчел, все нормально. Прости, забыл написать, предупредить…
Я продолжил извиняться, хотя сам не понимал за что. Я правда не думал, что останусь у нее на всю ночь. Даже не знаю, почему не ушел, когда стемнело, почему не взял телефон.