— Спасибо, — прохрипел я парню. — Долго мы здесь?
— Н-не очень, — ответил парень, заикаясь. — Нас принесли сюда п-примерно час назад. Я очнулся п-первым.
— Что сделали с Марком? Он до сих пор без сознания.
— Мне сказали, ч-что он бросился тебя з-защищ-щать, когда ты уп-пал. Ему попали по г-голове, с-смотри.
Он обошел Марка и указал на затылок. И если на голове не было никаких ран, то на шее виднелась яркая отметина. Я отвел взгляд, обещая себе не сдаваться.
— Как давно ты тут? — задал вопрос я, прочистив горло.
— С-с утра. М-меня ч-чуть не убили, а п-потом привезли сюда.
— Ты боишься, — не спросил, констатировал я.
— Н-нет, не так. Я б-боялся, но теперь просто з-зол. Тебя Эд-дриан зовут, да?
Я вздохнул.
— Да…
— А я Рей.
— Спасибо… Рей, что присмотрел за мной и Марком, — устало сказал я, собираясь уходить.
— Т-ты куда?
— Пойду умоюсь, тошнит.
— Аа, х-хорошо. Я п-побуду с ним, не переживай.
— Спасибо…
Я пошел к выходу из-за зала, ловя себя на мысли, что боюсь оставаться с Марком. Мне было больно смотреть на него, потому я позорно сбежал, оставляя его одного. Он бы так не поступил, я знаю. Он бы сидел около меня, не отходя ни на шаг, был бы рядом, когда я очнусь, а что же я? Мне никогда не быть таким, как он.
Молнией я вылетел из зала, не замечая ничего вокруг. Даже боль казалась не такой сильной. В сравнении с его… Мне просто хотелось умыться, словно вода смыла бы мои проблемы. Что же будет дальше? Мы влипли в историю, у которой нет пути назад. Теперь мы рабы наравне с другими, причем по собственной воле.
Устало вздохнув, я умыл лицо, невольно задевая синяк на лбу, о котором я уже и забыл. Ничего так пол в зале, знатно упал. Но за челкой вроде было не видно. Да и плевать, пустяки.
Посмотрев в зеркало, я увидел не того парня, к которому привык за двадцать четыре года жизни. Даже не знаю, кого я увидел, но у него горели глаза. И огонь этот не обещал ничего хорошего. Быть может, я и правда способен на большее?
Я возвращался обратно, чувствуя страх и неловкость. Как же мне хотелось вернуться с Марком домой и продолжить нормально жить, кто меня тянул за язык, когда я вспомнил о плане? Я ведь сам предложил, я виноват во всем этом…
К счастью, по пути обратно я никого не встретил.
Шагая по направлению к Марку, я услышал плач слева и невольно обернулся. Плакала та самая девушка, что была среди тех, кто попал под раздачу. Ее все также обнимал парень, устраивая ее голову на своем плече. На коленях у девушки пищал маленький белый кролик. Который был в том зале…
Я потряс головой, отгоняя эти мысли.
Быть может, вода и правда творит чудеса, но мне было не страшно возвращаться к Марку. Кто знает, когда он очнется, я просто хотел быть рядом. В этот момент наступило секундное спокойствие, словно сама судьба дала мне передышку. Нет, ничего не изменилось вокруг меня, не произошло ничего хорошего, не наступило заветного «внезапно», но внутри стало спокойно.
В груди затеплилась надежда, что все наладится. Я чувствовал, что все изменится, я хотел этого. Будто наступила новая глава моей жизни.
День 12
Марк очнулся вскоре после моего прихода. Найдя себя полуголым на боку в неизвестном месте, он непременно бы вскочил, если бы не увидел меня. На его месте каждый бы, испугавшись, пытался вырваться, но я одним лишь присутствием дал понять, что все в порядке. И Рей, державший его за руку, не позволил перевернуться. Что угодно, только бы ничего не коснулось его ран.
Я заметил, как брови его расслабились, и он облегченно вздохнул. Будто его удерживали в кошмаре, а потом вдруг отпустили. Интересно, что же ему снилось? Что за кошмар заставил его быть напряженным даже во сне?
— Ну наконец-то, я уж испугался, — выдохнул я, не представляя предела своему счастью. Он бы выжил в любом случае, но все равно я прислушивался к каждому вдоху и выдоху, кусал губы до крови и впивался ногтями в ладони.
Сначала он просто моргал, не шевеля ни головой, ни телом. Взглядом он изучал меня, потолок, будто делая зарядку для глаз, а потом стал медленно поворачивать головой. Все это время Рэй держал его за руку и ноги, и Марк, кажется, понимал для чего. Потом он обвел взглядом все, что видел, быстро заморгал и спросил:
— И долго я провалялся?
— Достаточно, чтобы я успел заволноваться, — ответил я. — Как ты?
— Да ничего, порядок. А ты как, Эдриан?
— Ну, всяко лучше, чем ты.
— О, обо мне не беспокойся, на мне все заживает, как на собаке, — он улыбнулся и посмотрел правее, заметно морщась. — Рей, спасибо, можешь отпускать, я не буду двигаться.