— Помнишь я рассказывал о Бенджамине? Ну, тот, что с шестого ранга. Он не такой, как все, не жестокий. Может, нам необязательно убивать всех подряд, чтобы достичь высот?
— Не знаю, Эдриан, не знаю, — выдохнул Марк. — Не исключено, что ему просто повезло. Кто знает, повезет ли нам так.
— Обязательно повезет. Иначе все это было напрасно, — сказал я неожиданную для самого себя фразу. — Еще недавно я думал, что те навыки, которым ты меня обучил, бесполезны в нашей ситуации, но сейчас я уверен в обратном. Многие погибли из-за того, что не прошли испытания, где требовалась скорость или сила, но мы смогли.
— Они погибли потому что не были готовы к проверкам. Ты ошибался, когда говорил, что людьми здесь не разбрасываются. К первому рангу это не относится, считай, все это было отборочным туром, где отсеились слабейшие. Я все еще не понимаю, как устроена эта схема. При любом раскладе Рей не смог бы пройти на второй ранг, он не силен физически, хотя довольно быстрый и выносливый, но морально он все еще подросток с неустойчивой психикой.
— Рей изменился, он уже куда острее реагирует на все, недавно даже огрызаться начал. Быть может, дело в этом? Может, если человек способен измениться и стать агрессивнее, то он проходит дальше?
— Я не думаю, что кто-то стал бы заморачиваться с новичками. Скорее всего, проходит тот, кто нормально себя вел и не умер на испытаниях. Иного объяснения ситуации с ним я не могу найти.
Как бы мне хотелось пропустить все то, что было дальше. Не потому что это что-то страшное, к подобному я давно обрел иммунитет. Просто это было все настолько скучно и однообразно, что описывать каждый ранг можно было бы еще месяц. Но у меня нет времени для этого. У меня осталось лишь несколько дней, за которые я должен успеть дописать историю прежде, чем вернусь в реальность. Знаю, что происходящее там вряд ли можно было назвать скучным, но для меня это так. Всем понятно, что с нами происходили ужасы, что я много убивал, страдал, поступал, как последняя скотина, все чаще забывая о Марке. Он был вечно спокоен с виду, словно каменная стена, не требовал внимания, а с головой погружался в добычу информации. Я боролся со своими демонами и не думал, что у него они тоже есть. Меня начал больше волновать Рей. Впервые в жизни я почувствовал себя наставником, что я могу научить кого-то, а не учиться сам. Мне хотелось уберечь его от бед, как Марк всегда оберегал меня. Но при этом я продолжал общаться с Бенджамином. А Марк отошел на второй план.
И никто не может представить, каким же придурком я тогда был!
С зимой пришли такие холода, что никуда выходить не хотелось даже с базы противника. Снега стало еще больше, чем в конце осени, когда мы только сюда пришли. Как нам и говорили, со второго ранга мы вместе со всеми регулярно выезжали в город, дабы навести шумиху и опять сбежать. Нам давали самые мелкие задания и назначали нам старших, чтобы мы все не испортили. Но работали мы все равно поодиночке. Нашей целью были убийства невинных. Каждому давали свой район, где не было охотников, так я привык называть копов.
Я возненавидел каждый день еще больше. Одно дело, когда ты сам переносишь боль, но когда ты ее причиняешь…
Когда-то я слышал, что убив нескольких людей, перестаешь этого бояться и даже «втягиваешься». Так вот, в подобное втянуться нельзя.
Каждый раз я убивал и проклинал себя. Мне попадались никому не нужные бабушки, подростки, молодые девушки и даже семейные пары. А все потому, что я обязан был это делать. А потом присылать фотографии тел, как доказательство, чтобы не понести наказание. Несколько раз я пробовал просто загримировать кого-нибудь из знакомых, но получалось настолько плохо, что я в отчаянии выдирал волосы на затылке.
Потом меня повысили до третьего ранга, а Марк остался на втором. Это разделило нас окончательно.
— Уже бросаешь н-нас? — угрюмо спросил Рей, в который раз находя меня на балконе. Его губа была рассечена, а под глазом был синяк. Я не сразу увидел это, а потому ответил:
— Моя комната останется здесь, но появляться я буду реже. Чем выше ранг — тем больше свободы. Мне нужно доделать кое-какие… скажем, семейные дела и освежиться. Очень жаль, что я не могу взять вас с Марком или вам помочь.
Сказал я это искренне, с грустью вздыхая, пока в голове созревал план на ближайшее будущее. Приближался праздник, а значит, я должен был действовать, если не хотел провести его в окружении трупов.