Я улыбнулся доносящимся до меня радостным крикам и закрыл окно. Первым делом я начал собирать вещи для Марка. С тех пор, как мы впервые попали в ряды Серых, у нас до сих пор была та одежда, которую мы брали с собой изначально.
В тот момент я как ребенок радовался всему, что меня окружает, в голове выстраивая план по посещению горячей ванны перед сном зимнего дня. Однако как бы сильно я не скучал по комфорту, по друзьям я скучал больше. В тот же день я посетил Софию. Я знаю, что давно о ней не писал, это все потому, что писать особо и нечего. Она переехала к своему молодому человеку за пару дней до того, как ее мужа нашли повешенным в доме. Может у них и нет того happy end'а, который бывает в сказках и дешевых сериалах. Они не ждали второго ребенка, не планировали покупать собаку, не ходили вечно с улыбкой на лице. Но они начали жить нормально, и сердце мое было спокойно за Алису, некогда маленькую милую гусеничку.
Я улыбался, глядя на них. Светило солнце, на кухне играла музыка, а мы всей компанией пили чай. Если честно, я завидовал. Мне тоже хотелось скорее своего счастливого конца в истории, которую я сам себе придумал. Мне столько пришлось пройти, что на белый свет в конце тоннеля я уже и не надеялся, лишь позволял иногда мечтать об этом.
Сидя на остановке, я позволил себе расслабиться, наблюдая за прохожими, за автомобилями. Город жил будто в замедленной съёмке — никто никуда не опаздывал, не бежал, не кричал. Я исследовал окружение со стороны простого жителя, которому не нужно выискивать жертву, убивать ее и спешить замести улики до прибытия полиции. А они непременно прибывали, каким бы район ни был. Можно сказать, город делился на отсеки. В них были развитые районы, в которых жили вполне приличные люди, имеющие неплохой заработок, воспитание, в общем, обычные жители. А были районы, которые считались заброшенными. Люди в них жили бедные, потому что хватало денег только на старые квартирки, практически без мебели. Как раз в такие места нас отправляли старшие по рангу. Они считались самыми опасными, повсюду появлялись мелкие банды, которые контролировали территорию. Поначалу эти районы полиция обходили стороной, но потом начиналось все больше убийств, и теперь их патрулировали наравне со всеми. Признаться, ничего трудного не было в убийствах. Главное было не раскрывать лицо, не попадаться этим бандам и гнать как можно скорее от охотников-полицейских.
Уже заходя в нужный мне автобус, я неожиданно для себя размышлял о той самой Легенде, которую боялись или по меньшей мере опасались многие, кого я знаю. Однажды Марк сказал что-то вроде: «Он правда опасен и правда искусен в своей работе, но только в сравнении с другими. Он единственный, кто любит работу и не любит сидеть на месте, поэтому работа при нем сразу становится продуктивнее». Хотелось бы увидеть его хоть раз, посмотреть, насколько опасен. Но я о нем даже не слышал. Ничего, словно его вообще нет в городе.
А вот обычные полицейские расследовали убийства без особого энтузиазма. Кому хотелось искать убийцу какого-то бездомного, если мало улик, много работы и мизерные зарплаты? Им в пору было просто кататься по городу, якобы патрулируя улицы. А если кто-то вдруг брался за расследование, то… земля им пухом. Серые успели навести порядок и там.
Признаться, эти мелкие убийства были не напрасны. Лиги злились, узнавая о них из интернета (Серые поработали и над этим), но все это обходило меня стороной. Все ближе и ближе была война, в которой никто не сомневался. Я должен был выбрать сторону в этой войне.
Я вышел на нужной остановке и поправил шарф. Дальше пешком, на базу транспорт не ходит.
Передо мной показался мой привычный особняк. Я успел забыть эти мраморные ступени, темные стены и узорчатые рамы окон. Нет, это никак ни замок. Здесь все казалось добрым, родным, все светлое и приятное. Замок был у Серых — темный камень, острые конусообразные крыши с маленькими окошками, серые дорожки.
Губы невольно дрогнули в улыбке, потому я, засунув руки в карманы, широким шагом направился к дверям. Первым делом я увидел людей. Их было немного, но они, как и всегда, находились в главном зале нашего особняка. И все, как один, прилипали к подоконникам, чтобы изредка во время разговора бросать короткие взгляды на снегопад за окном и удивляться, какие узоры на окнах начала рисовать природа. Я знал почти всех, каждый то и дело мелькал то в спортзале, то в тире, то в каких-то из комнат. Многие знали, как сильно я любил одну такую комнату с искусственным камином и мягкими удобными креслами темно-зеленого цвета. Последнее время я часто собирался там со своей группой. В нее входили те самые люди, кто как и я любил добиваться успехов в тренировках. Темно, тепло, горит камин, а на столе лежит карта города и очередной план на день. Мне нравилось все это, хоть и длилось оно недолго.