Но было поздно. Огонь по ковру дошел до дверей, комнату заполнил черный дым. Родители пытались отогнать его полотенцами, закрыть рот, чтобы дышать, но все было бесполезно — бежать было некуда. Они кашляли все сильнее. Первым упал отец, а рядом с ним и мама, пока еще в сознании, она кричала, толкала папу, но тщетно. Я практически чувствовал этот запах, этот жар, что касался моего тела, но сжигал изнутри. Мои родители лежали на полу, держась за руки. Именно такими я запомнил их — любящими друг друга до последней секунды. Не знаю, было ли так на самом деле, но мое сознание оставило только такое воспоминание.
На этом мой кошмар прервался.
Я заплакал, закрывая лицо одеялом. Рыдал, прерываясь лишь на громкие всхлипы. Мыслями все еще стоял там, среди комнаты, а перед глазами стояли их лица, спокойные и одновременно полные страха. Я чувствовал, как холодок проходит по моей спине, как ветер из раскрытого окна щекочет мое тело, и ревел, как маленький, давясь слезами, пока не почувствовал себя в чьих-то объятьях. Кто-то покачивал меня, что-то тихо шепча, и постепенно я начал успокаиваться. Мне казалось, что я снова в детстве, где папа также обнимал меня по вечерам, когда я пугался монстров в темноте.
Меня уложили на кровать и накрыли одеялом. Я все еще изредка всхлипывал, но чувствовал, как сон берет верх над разумом.
~~~
Утро выдалось таким же солнечным, как и ранее. Я встал, потер глаза и открыл окно, любуясь утренним пейзажем. Окна выходили на прекрасную площадку посреди нескольких домов, вокруг которой было много зелени. Уже был слышен смех детей, играющих в футбол, и пение птиц. В небе кружили ласточки, в соседнем районе прыгали люди с парашютами, что меня сначала удивило. Мальчик в красном забил гол, и все, даже другая команда, начали радостно кричать и хлопать мальчишку по спине. Так я стоял несколько минут, пока не подул ветер, тогда я, поежившись, закрыл окно и пошел переодеваться.
Сегодня в моих планах было начать искать работу. Я не знал, как ее искать, где, и как быстро я ее найду. Мне казалось уже не модным искать по газетам, поэтому я обратился к интернету. Где-то предлагали заполнить предварительную анкету, где-то был номер телефона для связи. Проблема была в том, что я интроверт и мне крайне тяжело давались звонки незнакомым людям. «Так, спокойнее, ты сможешь. Ничего страшного не произойдет, просто позвони и скажи, что ты по поводу работы» — успокаивал я сам себя. Только чудо остановило меня, чтобы не сбросить звонок, пока шли гудки. Но сколько бы я не пробовал, все заканчивалось обычным: «Мы Вам перезвоним». Дело в том, что для работы программистом необходим, как минимум, опыт. Вопрос только, где его взять. А молодого, можно сказать, еще зеленого программиста брать под свою ответственность никто не рисковал.
Завершив очередной звонок, я кинул телефон на кровать и пошел в душ. Холодные струи воды немного успокоили меня. Ну естественно, не все так быстро. Нельзя найти работу за день. Настойчивее, Эдриан, в этой жизни нужно быть настойчивее.
Я привел себя в порядок и пошел на кухню в надежде увидеть там Марка. Он стоял у окна, скрестив руки, и смотрел на играющих во дворе детей. На столе ожидала тарелка с уже остывшими тостами, а мой взгляд невольно переместился на часы микроволновки, заставив меня в ужасе схватиться за мокрые волосы. Я шумно выдохнул и покачал головой.
— Интернет и правда творит чудеса, — начал я, а потом с натяжкой улыбнулся. — Доброе утро.
— Доброе. Садись, завтракай, — парень прочистил горло и продолжил смотреть на улицу, поглаживая большим пальцем лист алоэ.
— А ты? — спросил я, наливая свежий чай и садясь за стол.
— Поел уже, — кратко ответил Марк.
— Спасибо. Во сколько сегодня уезжаешь?
— В шесть. А что? — он обернулся и посмотрел на меня, прислоняясь к холодильнику.
— Я хотел на улицу выйти, прогуляться. Обещаю, что успею до твоего ухода. Ты же отпустишь?
— Хорошо, погуляй, — отстраненно ответил парень и несколько раз кивнул своим мыслям.
— Все хорошо, Марк? Ты неразговорчив сегодня.
— Мм? А, да, — он встряхнул головой. — Все нормально. Как соберешься — подойди ко мне.
— Сейчас собираюсь, полдень уже, — хмыкнул я, кивая на время.
— Тогда вот, — он покопался в карманах толстовки, после чего протянул мне складной нож со змеей на рукояти. — Держи при себе.
— Марк, ты же не думаешь, что я в случае чего кого-то убью? Я даже драться не умею.
— Вот это и пугает. Драться научу потом, а сейчас бери, так спокойнее, — его голос был тихим и ровным, но я чувствовал нотки беспокойства. В который раз мне казалось, что я чего-то не знаю, иначе почему он волнуется так за меня?