К чему я это? К тому, что в одно время никому не было дело до чувств подростков, а теперь все за это расплачивались. Мне хотелось поделиться с кем-то своими переживаниями, но никто не слушал. Я вырос и полюбил одиночество, старался никому не доверять, в душе надеясь все же быть услышанным. За ошибку родителей поплатился я, но в семье Рэйчел поплатились сами родители.
Я играл еще несколько часов, прежде чем заснуть. Девушка на моем плече давно сопела, изредка во сне что-то бормоча. Было поздно, я чувствовал усталость, но так не хотелось терять драгоценные минуты тишины, когда можно спокойно играть в темноте, не думая ни о чем. Впереди меня ждало столько событий, что эта ночь казалась затишьем перед бурей.
Мое утро началось резко и неожиданно. Никаких «Еще пять минуточек» и сладких потягиваний. Разбудило меня что-то твердое и тяжелое, что грохнулось на пол за стеной. Я тут же вскочил, отчего шея издала опасный хруст, а ватные конечности, которые я не чувствовал, чуть не отправили меня на пол. В комнату ворвалась Рэйчел в синих джинсах и розовой блузке. Она что-то писала в телефоне, бегая по квартире.
— Что случилось? — спросил я. Ответила она только на третий раз, когда я приблизился. Все тело покалывало, но мои мысли были далеки от этого. Я хотел узнать, что произошло, но еще больше хотел поспать дополнительные часа четыре, не меньше.
— А? — Рэйчел дернулась, чудом не уронив телефон и быстро его блокируя. — Прости, Эд, я… родители пишут, они едут сюда. Прости, тебе пора…
Она застыла на месте, смотря в пол, и смущенно потерла кончик носа.
— Конечно, я понимаю. Дай мне десять минут, хорошо?
— Угу, — пробурчала она, наскоро убирая беспорядок на диване.
Я быстро принял душ и через десять минут уже стоял в прихожей, наматывая на шею шарф. Подруга вышла провожать меня, но пока я одевался, она то и дело смотрела в телефон и кому-то что-то писала.
— Твои родители разве против, чтобы мы общались? — задал я свой давний вопрос. — За весь год я так ни разу не видел их.
— Нет, они… Просто… Я сказала им, что ты теперь живешь здесь, и они запретили с тобой общаться… Ну понимаешь, боятся, что мы…
— Аа, понял. Тогда ладно, я пошел.
— Нет, подожди, — она подошла и крепко обняла меня. — Не пропадай больше, ладно?
— Эм… ладно, — смутился я. — А с чего вдруг… такая забота?
— Ты дорог мне, я говорила об этом вчера. Ты не слушал?
— Да нет, слушал, просто я думал… А, ладно, ничего. Поговорим об этом в следующий раз, я тоже, честно говоря, спешу.
— Ой, чуть не забыла, ты телефон на диване оставил, — подруга скрылась в комнате и через пару секунд вернулась с довольным видом. — Симку можешь себе оставить, раз свою потерял, все равно у меня новая давно.
— Спасибо огромное. Вот теперь точно пора, — я помахал рукой и скрылся за дверью.
Я хотел остановиться на этом моменте и сделать перерыв. Ну, знаешь, писать каждый день, вспоминать свою жизнь по кусочкам, складывать их воедино… Это утомляет. Но это интересно, особенно если никто не увидит ничего из того, что ты написал. Можно писать и правду, и неправду, никто не узнает, что из всей истории является истиной. Я и сам не знаю. Все так запуталось, даже голоса друзей слились в одно. Я устал, но мне необходимо дописать историю. Ведь иначе ты, мой несуществующий друг, никогда не узнаешь, чем закончилась игра очередной пешки в очередной бессмысленной игре, или как закончилась жизнь Эдриана Элона.
День 16
На улице была метель, пожалуй, самая сильная в этом году. Люди с трудом передвигались по сугробам, закрывая лицо рукой, мимо то и дело проезжали снегоуборщики. Вдобавок ко всему было скользко, отчего сразу начались аварии из-за непредусмотрительных водителей, не успевших поменять шины, или просто из-за любителей быстрой езды.
Я соврал, что спешу. На самом деле мне просто не хотелось подводить Рэйчел. Поверил ей, как последний идиот.
По дороге я позвонил Алексу, чтобы узнать, где Дэн, как бы странно это ни звучало, из всех номеров я знал наизусть только его и Марка. А поскольку мой телефон мне возвращать не собирались, а симка была новая, то восстанавливать номера пришлось непросто.
— Алло? Эдриан, меня слышно? У тебя что-то шумит, — послышался голос Алекса из наушников.