— Алло, Марк? Это Эдриан.
— Привет, Мио, что-то случилось? — весело ответил друг.
— Да, я узнал тут кое-что важное, можешь подъехать? Встретимся… в отеле на Бейкер-стрит через сорок минут. Хорошо?
— Где ты сейчас? Я могу тебя забрать…
— Нет, я не хочу рисковать. И да, проверь тот телефон, что тебе выдали. Возможно, за тобой следят, возьми лучше свой. Будь на связи.
— Хорошо, увидимся.
Через полчаса я уже был в отеле. Тот самый отель, с которого началась моя история, в котором я поселился, когда приехал к Рэйчел. Напротив стоял бар, где меня нашел Марк, в котором я пропивал последние деньги, узнав о смерти родителей. Если бы не Марк, если бы я не пошел туда, если бы родители не сгорели…
Если бы…
Все могло быть лучше, чем я представлял. Однако прошлого не вернуть, не изменить, а вот будущее можно, поэтому я взял тот же номер, что и в первый раз, и стал ждать Марка. Он приехал через три минуты, как раз когда на ресепшене никого не было. Мы вместе молча поднялись в номер, лишь кивнув друг другу в знак приветствия. Я расположился на подоконнике, предварительно закрыв жалюзями окно, а Марк прислонился боком к стене.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Марк, когда увидел бинт на моей руке. На губах застыло молчаливое «О», а брови поползли наверх. Он подошел ко мне и взял в руки мою ладонь.
— Пустяки, — отмахнулся я. — Хотя было больно. Можешь посмотреть, думаю, кровь не идет уже.
Не знаю, что нашло на меня в тот момент, что я так просто выдал все Марку. Но внутри была какая-то гордость за эту боль, которую я перенес. Внутри все буквально кричало: «Да, посмотри! Видишь? Я молодец, я смог это выдержать».
— Откуда? — лишь спросил он, разглядывая порез на руке, который успел покрыться корочкой.
Я рассказал ему все, что узнал этим утром и свои догадки насчет отца, а потом протянул телефон с перепиской Рэйчел. Вместе мы изучали сообщения, выписывая все, что Серые знали обо мне.
— Они не за тем охотятся, — зло проговорил Марк себе под нос, но так, чтобы я слышал.
— Что будем делать? — я повернулся к кровати и поставил ноги на батарею, подпирая кулаком щеку.
— Не знаю, — он выдохнул, хватаясь руками за волосы, и начал ходить по комнате. — Точнее, знаю, но вариантов много, голова от них разрывается.
— Почему бы нам просто не сказать правду? Что я не та легенда, которая им нужна.
— Нет, тогда они просто прикончат тебя. Они знают, что ты был у Белых, знают, что ты состоишь в их лиге. Думаешь, они потерпят предателя? Сейчас ты им нужен как приманка, как игрушка, марионетка в их руках. «О да, посмотрите, у нас тот самый малыш с черной кровью в венах. Он ужасен, правда? Мы воспитаем из него машину для убийства, его станут бояться все, а за ним будем стоять мы». Понимаешь, чего они хотят? Только дай им намек, они не поленятся оставить тебе дыру в голове. Нет, здесь нужен другой план, такой, чтобы никто о нем не подозревал. Не может быть все так просто. Ты избавился от трупа?
— Нет. Она жила одна, ее тело заметят не сразу, только когда она начнет разлагаться, и соседи почувствуют запах. Охотники не станут разбираться, ты же знаешь. Тем более они пронюхали про нашу небольшую перестрелку, теперь делают вид, что им хоть как-то это интересно.
— Я не был бы так уверен в этом. Знаю, ты слышал уже о легенде, и что он приехал сюда. Ты понимаешь, что это значит? Что все те «неподкупные» охотнички массово начнут увольняться или вдруг становиться на путь истинный. Вся темная сторона этого мира трясется от одного только его имени.
— Я забыл, как его зовут?
— Теодор.
— Теодор… да, я слышал о нем, — задумчиво протянул я, глядя в одну точку. — Очень красивое имя… я всегда мечтал, чтобы у меня было такое. Он не найдет меня.
— Уверен?
— Да-а…
В моих глазах блеснул недобрый огонек, и я хищно улыбнулся. Он еще не знал, какой план зарождался в моей голове. Рискованный, безумный, опасный, но интересный. Во мне кипела кровь, я хотел действовать, показать миру, кто я и на что способен.
— Знаешь, — продолжил я, — мне хочется увидеть его. Уверен, найти его будет нетрудно. Кстати, я, кажется, придумал, что нам делать со мной. Все и правда просто. Я дам Серым то, что они хотят, пусть думают, что все нитки в их руках, за которые они будут мной управлять. Это будет весело.
Я поделился с ним своими мыслями, которые не буду писать сейчас. Это же будет неинтересно, если я расскажу все сейчас, да? Но скажу честно: мне правда было весело.
— Знаешь, Эдриан, находясь у Серых, я не заметил, как сильно ты изменился… — тихо сказал он, обнимая меня напоследок прежде, чем мы разошлись в разные стороны.
— Все нормально? — также тихо спросил я, и он понял, о чем речь, кивнув мне. Все переживание по поводу нашего общения были напрасны, он не сердится, а по-прежнему любит меня. — Ладно, тогда идем.