Я вскочил от неожиданности, отскакивая от друга, а он только встал и потянулся. Мое сердце ускорилось, мне потребовалось секунды три, чтобы понять произошедшее. Но потом мне оставалось лишь улыбнуться в ответ.
Это был лучший праздник в жизни, даже когда родители были живы, когда мы сидели за огромным столом с кучей салатов и кричали заветное «Ура! Ура! Ура!» я не был так счастлив. Каждый в зале был мне знаком, с каждым были хорошие отношения. Играла новогодняя музыка, все нацепили красные шапки, кидаясь друг в друга мишурой. Позже к нам присоединилась Кейт, за ней и Джек с неизменной монеткой в руке.
— А где Дэн? Он не придет? — спросил я у подруги, поправляя колющий бант из мишуры на шее, так заботливо сделанный Марком.
— Он поедет с лигой Черных, его нет сейчас в особняке, — я кивнул. — Они с братом помирились, им полезно будет провести этот день вместе. Теперь, когда две главные лиги не враждуют… — она выдержала паузу. — Нас ждут большие перемены.
Если выживем.
Эти несколько часов, что мы были в зале, показали, что на праздник необязательно пить, устраивать шумные вечеринки и орать на весь дом. У нас не было алкоголя, все добровольно убрали телефоны. Никто не кричал, не ссорился, мы играли в монополию, общались, смеялись. Я был рядом с Марком, стараясь не отходить от него, не терять больше из виду. Мне так его не хватало последние месяцы, что я чуть ли не выл по ночам, оставаясь один дома, без друзей, в полном одиночестве. Раньше я всегда знал, что в любой момент могу увидеть Марка, что я не один. Но теперь, лежа на кровати каждый вечер, даже не ночь, я слушал тишину и не мог заснуть. Да, я скучал. Поэтому я решил не упускать ни секунды и быть рядом с ним.
Кто-нибудь мог бы сказать, что это неправильно. Неправильно обнимать друга, скучать по нему, ведь я же парень. В детстве мне часто говорили, что мужчина не должен быть нежным. Если девочки в школе ходили чуть ли не в обнимку, то стоило мальчишкам взяться за руки, как все начинали тыкать пальцами. Мне было глубоко плевать на всех, кто мог бы это сказать, благо, никто и не говорил такого. Мне так приятно было обрести брата, о котором я всегда мечтал, что я готов был ходить рядом до самой смерти. Собственно, до самой смерти я так и делал.
— Эдриан, — тронул меня за плечо Алекс. Я оторвался от своего пальто в тире, в котором находился мой телефон.
— Да, Алекс? Меня кто-то искал?
— Нам пора.
Он посмотрел на меня из-под круглых очков. Мое сердце пропустило несколько ударов.
В зале уже никого не было, но все еще горела елка и гирлянды. Вдруг стало так тихо, темно и… страшно. Впервые в жизни у меня было желание просто избежать всего этого. Не идти, остаться. Спрятаться куда-нибудь, чтобы меня не нашли, а еще лучше — забыли. Оно было таким сильным, что я не мог сделать ни шагу. Предчувствие было плохим, словно я и не должен был быть там.
И все же я поехал. Было так темно, что наш автомобиль слился с улицей. Марк был за рулем, я сидел рядом и задумчиво смотрел в окно, откинувшись на спинку. На деле, я лишь пытался показать, что спокоен, хотя все тело дрожало. Сам того не замечая, я сдирал кожу с сухих губ, а потом слизывал капли крови. Когда меня окликнул Марк, рука дернулась, и кожа содралась сразу до половины губы. Кровь быстро скопилась в большую каплю и уже грозилась скатиться, как я запрокинул голову.
— Эдриан, — раздался настойчивый и слегка обеспокоенный голос Марка. Он смотрел на дорогу, изредка бросая взгляды на меня.
— А? Что?
— Кровь вытри.
Я провел языком по губе и заерзал на месте, поудобнее устраиваясь. Ранка щипала, но мне было все равно.
— Переживаешь? — спросил Марк, все также смотря в окно.
— Угу, — я потеребил веревку от капюшона толстовки. — Это все кажется простой шуткой, будто мы сейчас приедем и поедем обратно. Даже не могу представить, как все будет. А ты разве не переживаешь?
— Неа. Я же не умру.
— Я бы не стал так утверждать, все может быть, — грустно протянул я.
— Знаешь, перед подобными поездками я всегда спрашиваю себя: «погибну ли я?». И всегда отвечаю одним и тем же: если нет, то хорошо. А если да? Еще лучше. Советую, помогает успокоиться.
— Ты так сильно не любишь эту жизнь, Марк? — не выдержал я, срываясь на повышенный тон. Мои нервы были на грани, но друг будто знал, что так и будет, а потому только улыбался в ответ. — Ты так просто об этом говоришь, будто делаешь это каждый день.
— Ой, да брось, Эдриан, ты же знаешь, что я пошутил. Ты же знаешь? Эдриан?
Он кинул на меня быстрый взгляд, потом прочистил лобовое стекло и потянулся к радио. Несколько минут он что-то настраивал, после чего в пикапе заиграла спокойная музыка. Мне сразу стало легче, мое сознание будто на мгновение унесло в космос, настолько музыка показалась мне прекрасной. Атмосфера стала спокойнее, я почти забыл, куда мы едем. Теперь об этом напоминали лишь автомобили впереди от нас. Мы ехали последними, замыкая цепочку. Самыми первыми были бронированные грузовики, откуда они взялись было неизвестно, но что их было несколько, это факт. Все основные люди были там, в броне, с оружием на перевес. Перед нами ехал Алекс, Кейт и еще несколько людей. Где Были Дэн, Алекс и другие — я не знал.