Но у монеты всегда две стороны, чем светлее одна — тем темнее другая. Рвалось все внутри в клочья при мысли об Эль, ревность, злость, обида захлестывали с головой. А когда ударил — раскаяние. Она ему в лицо прошипела, как ненавидит, сдохнуть пожелала, а он и готов был сдохнуть прямо там, на месте, лишь бы простила дурацкий срыв. Что ж, сдохнуть шанс еще есть, вот здесь, под стеночкой праздничного здания, но теперь-то он полон решимости бороться за свое счастье снова.
А ведь не так давно Алекс почти сдался. Казалось, что все мосты между ним и Эльзой окончательно сгорели, и осталось лишь смириться с судьбой. Пережить, переболеть, когда-нибудь постепенно выбраться из той ямы, в которую превратилась его жизнь. Не столкнись он случайно на набережной с Кристофом — решимости бы и вовсе не появилось.
Алекс тогда медленно брел пешком в полном одиночестве: очередная подружка обозвала его "странным" (видимо, попалась очень воспитанная) и сбежала, даже не попросив отвезти домой, а он решил прогуляться и подышать воздухом, раз уж так все сложилось. Кристофа в парне, сидящем на парапете с какой-то рыжей девчонкой, и не узнал бы, если б тот сам не обернулся и не окликнул. Одного взгляда на его спутницу Алексу хватило, чтобы сделать выводы.
— Она тебя обворует, — тихо сказал он Крису, когда тот нехотя оставил подружку и подошел поздороваться.
— Уже, два или три раза, — тот расплылся в такой счастливой улыбке, что Алекса даже кольнуло под ребра. Непонятное ощущение. Не завидует же он, в самом-то деле? — Но теперь я стал осторожнее и вообще быстро учусь.
— Драссти, — рыжее чудо, не усидевшее на месте, вихрем налетело на них, не удержалось в своих скользких туфельках и обрушилось на Алекса так, что он едва успел подхватить.
Кое-как восстановив равновесие, девчонка захлопала большими и невинными голубыми глазами, а Кристоф шикнул на нее, бесцеремонно засунул руку в карман ее юбки и извлек оттуда бумажник самого Алекса. Этот бумажник, вообще-то, преспокойно хранился в заднем кармане джинсов, но теперь вдруг исчез и появился на ладони брата Эльзы.
— Она ненарочно, — принялся оправдывать подружку Крис, пока та стояла и улыбалась, не испытывая ни тени смущения от своей проделки, — просто сдержаться не может. Сила привычки. А так Ласка хорошая.
— Ага, не виноватая я, — нагло протянула рыжая особа и повисла на его руке, мигом потеряв интерес к Алексу, которого ей запретили обворовывать.
Кристоф послал ей горячий взгляд и криво ухмыльнулся, а Алекс отвернулся к реке: наблюдать за парочкой ему вдруг стало не интересно.
— Как Эльза? — сорвалось с его губ, хотя вообще-то он собирался спросить "как дела?" или "что нового?"
Крис тут же помрачнел и перестал улыбаться, и даже его рыжая подружка сочувственно скривилась.
— Не знаю, — отозвался он. — Что именно тебя интересует?
Такая реакция Алекса, мягко говоря, удивила.
— Почему не знаешь? Разве вы не общаетесь?
— Общаемся, — по лицу Криса было видно, что это не совсем правда. — Но Эльзу теперь трудно понять. Хорошо у нее все или плохо — мне она не сообщает. То вены резала, то притворяется по уши влюбленной в Хораса и срочно хочет замуж. То с отцом насмерть ругается, то подлизывается к нему, когда он ее бьет. — Он пожал плечами. — В общем, не спрашивай.
Эльза пыталась покончить с собой? Боги, что же с ней такое стряслось, если она решилась на отчаянный поступок? Крис упомянул, что и замуж хочет, но Алекс предпочел не зацикливаться на этом. Градус злости внутри него медленно стал понижаться от одной мысли, что Эль хотела умереть.
— Неужели нельзя узнать, почему Эльза так себя ведет? — осторожно спросил он.
— Когда она общаться не хочет? — Крис мотнул головой. — Это вряд ли. Девчонки все жутко упрямые, сам знаешь.
Алекс только вздохнул. Он, конечно, знал.
— Если кто и мог бы повлиять на нее, то только Димитрий, — продолжил рассуждать вслух Кристоф, — но он давно не возвращался и, наверно, не вернется в ближайшее время. А найти его невозможно, пока он сам не захочет.
О старшем брате Эльзы Алекс был наслышан и даже вспомнил, как она кричала отцу, что сбежит к Димитрию, если родитель не прекратит избивать до полусмерти ее парня на пустыре. И еще раньше во время одной из прогулок упоминала, что старший брат обещал ей помочь уйти из дома и зажить самостоятельной жизнью.