В этом и заключался весь парадокс. Две, совершенно инакомыслящие души, сплочённые в одну команду - взрывная и непредсказуемая смесь. Эрика помогала Аддену увидеть нечто не заметное в деле, но скрытое на виду. Он же напротив учил ее доходить до самой сути. Они были такие разные, как свет и тьма, день и ночь. Но в этом и заключалась их невиданная способность раскрывать даже самые запутанные дела. Но в этот раз они оказались в тупике.
Уже пятое дело, где девушка свела счеты с жизнью, но при этом нет ни мотива, ни записки - абсолютно ничего. Казалось бы, частые самоубийства признак серийного убийцы как минимум, но нет никаких доказательств. Что не располагает в пользу теории Аддена. Как бы ни было очевидно убийство, даже при таком-то поголовном поступлении дел о суициде, без явных доказательств эти смерти так и останутся нераскрытыми.
Уже несколько дней подряд Эрика и Адден неустанно трудились над расследованием. Все шло к тому, что начальство спишет все на депрессию и закроют дела. Логика любого закона - когда что-то не доказуемо – ссылаемся на версии про бытовое насилие и депрессии. Но в этот раз все не так просто...
Адден окинув быстрым взглядом тело, глубоко вздохнул.
- Это дело явно «тупиковое». И как его поймать? - прошептал мужчина, явно ни к кому не обращаясь, если только к погибшей, желая узнать её последние часы жизни. Усталость давала о себе знать, посещая Аддена в головных болях, и этот раз был не исключением. Не желая привлекать внимание, детектив, не прощаясь быстрым шагом, вышел на улицу.
Старый дом, в викторианском стиле, в котором сдавали комнаты в аренду, играл золотыми красками в лучах осеннего солнца. Тишина была чем-то особенным в этом районе. Адден достал портсигар и спички. И вот уже прикуривая сигарету и вдыхая смоляной едкий дым, детектив шагал в сторону своей конторы. Как заметил детектив, напарница решила его не ждать.
Естественное решение, учитывая, как она не любит вид крови. Она явно не эталон полиции и сыска, но чутье у нее есть и это жутко нравилось Аддену в ней. Не сказать, что он не был очарован ее хрупкой внешностью, но его интерес на ее персоне распространялся чисто в профессиональном плане. Увы, такая работа явно не по ней. Эрике бы в личном кабинете сидеть, да изменников вылавливать для домохозяек, но никак не ловить серийных убийц. Для таких сложных дел недостаточно хорошей интуиции и знаний. Адден знал как важна выдержка в его профессии, от того и жалел свою напарницу с ее вездесущей чуткостью.
За потоком мыслей и дешёвой сигаретой Адден не заметил, как тишина прибрежного района сменилась гулом автомобилей рядом с полицейской конторой. Детектив работал не в стандартном участке полиции, а специализированной конторе по поимке особо опасных преступников. Уже по названию ясно, что ему явно приходиться бегать, да ещё и с риском для жизни. Такая работа была по нему, как рубашка сшита.
Все не долгие два года, что детектив проработал с Эрикой его мучал лишь один вопрос: «Что толкнуло такую хрупкую и молодую девушку, с ее-то кукольной внешностью пойти работать на такую рисковую работу – ловить маньяков и серийных убийц?». Ответа на этот вопрос он так и не смог найти. Но пришел к интересному выводу – сославшись на ее прошлое, которое эта девушка явно никому так и не поведала.
Ее жизнь была такой же тайной за семью печатями, как и причина, по которой начальство решило нанять ее. Самое странное, что не переставало удивлять детектива, так это реакция генерала на вопросы об Эрике и ее прошлом - в его глазах всегда сквозил страх и волнение. Детектив предпочитал списывать этот факт на ее влиятельную семью или покровителя.
Рефлекторно здороваясь с коллегами, Адден прошел к своему скромному кабинету. Неспешно доставая ключи, он мельком услышал отрывки фраз офицеров.
-Слыхал?! – начал полный Сэм. Детектив часто удивлялся его присутствию в этом отделе - с такими-то спортивными данными он разве что улитку догонит, что уж тут говорить за преступников.
-Да, говорят еще одно тупиковое дело… - послышался голос старого Тома, который работал тут явно больше века.
-Слышал, в этот раз ее накачали наркотиками!
-Бред все это… очевидно же, что суицид…
-Ну не знаю… десять самоубийств за месяц – тут явно что-то не так…
Не желая дальше слушать, Адден открыл кабинет. Его чувствительный к резким запахам нюх сразу уловил аромат кофе, бумаги и чего-то еще металлического – явно кровь! Детектив резко распахнул дверь и окинул взглядом тесно обставленную комнату. Казалось, что в помещении ничего не изменилось, но цепкий взор детектива уловил маленькие пятна крови на белоснежных листах бумаги.