Но с офицерами дело обстояло как раз наоборот. Никто из них, конечно, не выражал открыто своего удовлетворения, во всяком случае в моем присутствии. Но ликование их давало о себе знать в бодром и веселом тоне обращения к товарищам и непривычной живости, с которой они в течение нескольких дней отдавали приказания. Голос Шалого Джека — словно колокол в звоннице — сейчас гудел как знаменитый английский колокол — Большой Том в Оксфорде [262]. Что до Шкимушки, то саблю свою он носил с изысканной небрежностью, а вестовой его ежедневно надраивал клинок ее до блеска.
Но почему такая разница между баком и шканцами, между простым матросом и его начальником? А потому, что, хотя война и ставит под угрозу жизнь как одного, так и другого, для матроса она не обещает продвижения в чинах и того, что называется славой, между тем как эти вещи воспламеняют офицеров.
Погружаться в иные человеческие души занятие и неприятное и неблагодарное, но бывают случаи, когда грязь, поднятая со дна, помогает нам понять, на какой глубине мы находимся и у какого берега.
Как могли эти офицеры покрыть себя славой? Одним только блестящим истреблением своих ближних. Как могли они ожидать повышения? Только через трупы убитых товарищей и однокашников.
Непримиримое противоречие между чувствами простого матроса и офицера на «Неверсинке» в ожидании более чем вероятной войны — один из многих примеров, которые можно было бы привести, чтобы показать противоположность их интересов, неискоренимый антагонизм, на который они обречены. Но как могут люди, интересы которых так расходятся, когда-либо жить в согласии, не прибегая к принуждению? Может ли братство между людьми когда-либо воцариться на военном корабле, когда то, что для одного является злом, для другого почти что благо? Отменяя телесные наказания, покончим ли мы с тиранией, той тиранией, которая по необходимости должна сохраниться там, где непрерывно сталкиваются два антагонистических класса, из коих один неизмеримо сильнее другого? Это кажется почти невозможным. А так как прямой целью военного корабля, как видно из его названия, являются те самые военные действия, которые, естественно, столь ненавистны матросам, то пока существуют военные корабли, они должны представлять собой картину всего того, что в человеческой природе имеется тиранического и отвратительного.
Будучи институтом гораздо более значительным, нежели американский флот, английские военно-морские силы дают нам еще более разительный пример этого, особенно потому, что война вызывает столь огромный рост флота по сравнению с мирным временем. Хорошо известно, какую радость вызвало известие о внезапном возвращении Бонапарта с Эльбы среди множества английских морских офицеров, которые боялись, что их спишут на берег и посадят на половинное жалованье. Таким образом, в то время как во всем мире раздавались вопли отчаянья, офицеры эти находили возможным благодарить судьбу. Я не ставлю им это в упрек, ибо чувства эти присущи их профессии. Не будь они морскими офицерами, они не ликовали бы среди всеобщего отчаяния.
Скоро ли наступит время, когда тучи, сгущающиеся порой над горизонтом народов, не будут уже с радостью восприниматься каким бы то ни было классом человечества и, увидев эти тучи, люди не будут желать, чтобы гроза разразилась? Постоянные флоты, равно как и постоянные армии, поддерживают воинственный пыл даже в самой мирной обстановке. Даже там, где остались лишь зола и уголья, они пытаются поддержать этот роковой огонь, и офицеры на половинном окладе, как жрецы Марса, продолжают охранять капище, хотя бога там нет.
L Бухта всех красот
Выше я говорил, что Рио я описывать не буду, но сейчас на меня нахлынул такой поток ароматных воспоминаний, что приходится поневоле отступить и отречься от первоначального намерения, вдыхая этот благоуханный воздух.
Более ста пятидесяти миль зеленых холмов обнимают обширную хрустальную бухту, столь хорошо укрытую кольцом поросших травою сьерр, что место это у индейских племен носило название «Скрытой воды». Со всех сторон вдали поднимаются высокие конические пики, горящие в часы восхода и заката, точно гигантские свечи, а с них, через виноградники и леса, спускаются по радиусам потоки в гавань.
Не говорите мне о Bahia de Todos os Santos — Бухте Всех Святых [263], ибо хотя она изумительна, однако бухта Рио — это бухта всех рек, бухта всех услад, бухта всех красот. С окружающих склонов гор неутомимое лето взирает на вас террасами яркой зелени, а в долинах гнездятся замшелые древние замки и монастыри.