Взаимное обязательство не поддерживать враждебные друг другу индейские племена.
Заключение торгового сотрудничества с возможностью инвестиций и льготной торговли.
Военные, однако, не были бы собой, если бы не подготовили иной сценарий. Черкашин и Луков настояли на формировании сильного эскорта — не просто охраны, а демонстрации силы. Решили взять два десятка казаков в полном вооружении и ещё два десятка из индейских федератов. Цель — не спровоцировать бой, а сделать его цену для испанцев заведомо неприемлемой даже в случае предательства.
Подготовка заняла неделю. Всё больше места в телегах занимали железные и стальные товары из кузницы. Добавили мешки с качественным древесным углём и образцы досок. Отдельно, в опечатанном ларце, приготовили «подарок» коменданту в виде английского кинжала, поднятого с одного из английских больных, уничтоженных на берегу.
Марков снабдил экспедицию медицинским набором и строгим наказом по санитарии — чумазых дикарей с нами бы не стали говорить. Каждый человек получил по две смены чистой одежды, казаки привели в порядок одежду, а индейцев несколько раз искупали в бане, благо те постепенно привыкали к русским понятиям о чистоте. Впрочем, мылись они без моих наказов, благо возведённая баня пользовалась интересом у всех жителей колонии, будучи занятой едва ли не все семь дней в неделю. Также для индейцев было приказано сшить из имеющейся ткани и выделанной кожи простые куртки, снабдив каждую из них двумя деревянными значками в виде двуглавых орлов — по одному на плечо. Нужно было хоть какое-то однообразие для пущей солидности.
Перед самым выездом я вызвал Финна. Его рана заживала, и он уже понемногу начинал двигаться по городу, осматриваясь и делясь с нашими охотниками местами, где лучше всего было бить добычу.
— Ты остаёшься здесь, — сказал я ему. — Твоя задача — в случае нашего невозвращения через три недели сообщить Лукову всё, что знаешь о путях на восток. Если испанцы решат нас устранить, колонии придётся срочно искать альянс с американцами или уходить вглубь континента. Ты — наше страховочное звено.
Ирландец кивнул без лишних слов — он понимал цену такой информации.
Мы выдвинулись на рассвете, когда первый холодок ещё серебрил пожухлую траву. Колонна растянулась: впереди идущие разведчики-индейцы, за ними я с Черкашиным, затем основная масса на вьюках и построенных телегах, после арьергард. Дорога на юг вдоль побережья была нам мало знакома, но проводники из племени Туку, чьи земли простирались в том направлении, вели нас проверенными тропами.
Шли без спешки, делая частые привалы для сохранения сил лошадей. На второй день миновали место нашего первого боя с испанцами — уже заросшее, неузнаваемое. Это служило молчаливым напоминанием о причинах нынешней поездки. На четвёртый день ландшафт начал меняться — холмы стали ниже, чаще попадались обширные луговины, а в воздухе устойчивее чувствовался солёный запах океана. Встречные индейские охотники, завидев нас, спешно ретировались, не желая встречаться с русскими. Всё же многие участвовали в нашей короткой войне с испанцами и знали о том, что многие племена уходили под наше подданство.
На пятые сутки наши разведчики вернулись с вестью: впереди виднеются строения и частокол — окраины ферм, относящихся к миссии Лос-Анджелес. Мы вышли к границе земель, которые испанцы считали своими безоговорочно.
Приказав остановиться на высоком берегу небольшой реки, я созвал командиров. Вдали, в лёгкой утренней дымке, угадывались очертания палисадов и крыш. Солдат видно не было, но я не питал иллюзий насчёт того, что нам удалось подойти скрытно. О нас уже должны были знать в Лос-Анджелесе, но было решительно непонятно, почему против сорока вооружённых человек, бывших весьма немалым отрядом по местным меркам, так никого и не выставили.
— Что думаешь, атаман?
Черкашин почесал голову:
— Странно всё это. Может, тут и власти центральной не осталось? Ты же говорил о том, что они должны были ещё в прошлом году независимость от Мадрида объявить? Живут здесь себе спокойно люди, и ничего страшного.
— Нет. Что-то здесь не так…
Жестом я остановил весь караван. Люди в городе были, и их было немало, многие смотрели в нашу сторону, но без особенного интереса, будто бы каждый день к ним приходили полноценные русские караваны. Любое поселение должно было с большим удовольствием принимать гостей, которые могут принести новости. До появления и массового распространения радио новости доходили слишком медленно, и каждый путешественник, пришедший издалека, должен был стать приятным гостем.