Он стоял на коленях перед новой королевой, его доброе лицо испещряли глубокие морщины, под глазами залегли тени.
— Лорд Квиберн, — заговорила Дейнерис. — Вы обвиняетесь в том, что проводили опыты над людьми. Станете ли вы это отрицать?
— Нет, не стану, — ответил бывший десница и закашлялся. Время, проведенное в заточении, не пошло на пользу его здоровью.
— Вы стоите перед королевой! — громко произнесла Миссандея. — Обращайтесь к ней «Ваше величество».
— Боюсь, что моя королева мертва. А женщина, что сидит на Железном троне — самозванка.
— Я уважаю такую преданность, — кивнула Дейнерис. — Но судят вас не за это.
— Разве? — Квиберн издал хриплый смешок. — А я думал, именно за это меня и судят.
— Верность прежней королеве не карается смертью, — возвестила Дейнерис. В ее сиреневых глазах светилась ярость. — Вас бы выслали из Королевской Гавани, но оставили в живых. Но ваши чудовищные эксперименты… Все эти ваши опыты над людьми. Это бесчеловечно.
— Но мои опыты в дальнейшем могут спасти тысячи жизней, — уверенным голосом сказал Квиберн.
— Вы хотите сказать — то, что мы увидели в подземелье, может спасать жизни? — Дейнерис негодовала. Сжав руки в кулаки, она взирала на пожилого человека с явным призрением и отвращением. В глазах королевы отражалось пламя жаровен и казалось, что она способна испепелять одним лишь взглядом.
— Сейчас нет, но в будущем — вполне возможно. Я добился определенных успехов в своей работе, но не успел закончить ее. Королева Серсея понимала важность моих опытов и всячески содействовала им.
— Я — не Серсея, — резко прервала Квиберна Дейнерис. — Значит, вы готовы убивать невинных людей только потому, что вам привиделось, что вы можете исцелять?
Квиберн промолчал. Его судьба была решена и он это понимал. Не было смысла и дальше что-либо объяснять этой среброволосой девчонке. Она еще слишком юна и не понимает. Как ни странно, страха в его душе не было, так как к смерти он был готов уже давно. На бывшего десницу вдруг навалилась страшная усталость, и он хотел лишь одно — чтобы все это поскорее закончилось.
— Делайте, что должны и покончим с этим, — проговорил он, без страха глядя королеве в глаза.
Дейнерис кивнула. Двое Безупречных подхватили бывшего десницу под руки и вывели прочь.
— А ведь он мог принести много пользы королевству, — протянул Оберин, стоявший подле королевы. — Умный старикан. Он способен творить настоящие чудеса.
— И ужасы, — отрезал Геральт. В голове все еще роились образы истерзанных человеческих тел, которые они обнаружили в подземелье. Если такое сотворил человек, то в нем не осталось ничего человеческого. Он был солидарен с Дейнерис в том, что Квиберн заслужил свою участь. — Квиберн — страшный человек.
— Ваше величество! — к Дейнерис размашистым шагом подошел Серый Червь, командир Безупречных. Рана на его ноге зажила, и бравый Безупречный вновь преданно служил своей королеве. — Человек, которого вы велели привести на ваш суд, мертв.
— Как он умер? — задала вопрос Дейнерис.
— Не знаю, моя королева. Безупречные охраняли его денно и нощно, как вы и приказали. Ему носили пищу и воду, и он ни на что не жаловался. Когда вы велели его привести, мы вошли к нему в покои, но обнаружили лишь холодный труп.
— Значит, великий мейстер Пицель мертв, — протянул Оберин. — Что же, тем лучше для него.
***
В Винтерфелле вовсю кипела работа. Джон, не спеша прохаживаясь по Внутреннему двору, то и дело останавливался и лично проверял, все ли идет, как надо. Дел предстояло еще много, но Сноу не унывал. Сноу. Он усмехнулся. Указом новой королевы он давно уже был Джоном Старком, но привыкнуть к этому никак не мог.
— Джон! — услышал он голос Трисс. Вскинув глаза, он обнаружил возлюбленную на узком балкончике. Женщина улыбалась и махала перед собой бумагой. — Они скоро вернутся!
Джон довольно улыбнулся. Значит, Арья и Рикон возвращаются. Трисс предлагала им пройти через портал, но Рикон очень точно подметил, что лютоволкам вряд ли это понравится. Так оно и вышло — едва Лето и Демон заприметили светящиеся синевой искры, тут же недовольно зарычали и попятились. Зато благодаря этой способности своей будущей жены Джон мог когда угодно бывать у Брана и Миры, в Королевской Гавани и Просторе. Трое магов существенно облегчали жизнь всем Семи Королевствам.
— Раздери меня медведь! — орал Тормунд, шагая в сторону Джона и Трисс. — Ты только полюбуйся на это!
— Что стряслось, Тормунд? Ты так орешь, что новые стены того и гляди рухнут, — усмехнулся Сноу, протягивая руки к клочку бумаги, которой тряс довольный великан.
— Вот это я понимаю — мой сын! Не успел жениться, как уже обрюхатил свою женушку!
Джон, прочитав письмо, улыбнулся. Так значит, Тиена Сэнд ждала ребенка от Торрега.
— Отличная новость, Тормунд! Только вот твой сын несколько подзадержался.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился великан.
Трисс рассмеялась, а Джон, усмехнувшись, ответил:
— С Пайка утром прилетел ворон — Вель тоже беременна. И судя по тому, что говорит мейстер — у нее будет двойня.
— Вот это новость! — вновь громыхнул Тормунд, стискивая друга в крепких объятиях. — Пойду попрошу сира Давоса написать ответ.
— А сам-то ты что? — спросила Трисс, откидывая с лица рыжие волосы.
— Да не дается мне эта поганая ваша грамота, — набычился Тормунд. Мейстер Винтерфелла угробил много времени в надежде выучить предводителя Вольного народа читать и писать, но потерпел полную неудачу. В конце концов, Тормунд разозлился и раскидал письменные принадлежности. Когда он удалился, бормоча себе под нос что-то про пир, детей и «еще поглядим, у кого будут двойня», Трисс грустно взглянула на Джона.
— Мне так жаль, Джон…
— Трисс, мы уже много раз говорили на эту тему, — прервал ее Сноу. — Да, у нас не будет детей, но после меня лордом станет Рикон, раз уж Бран решил поселиться в Сероводье. И род Старков продолжится.
— Ты бы мог еще найти ту, кто родит тебе много детей.
— Могу, — кивнул Джон, притягивая к себе Трисс. — Только вот одна проблема — я люблю тебя. Трисс Меригольд, ты станешь моей женой?
Из глаз чародейки брызнули слезы. Обняв Джона за шею, она прошептала:
— Стану.
***
Эдд, с трудом переводя дыхание, стоял у ворот Солнечного Копья. Он, конечно же, знал, что Дорн — самое жаркое место во всем Вестеросе, но реальность превзошла все ожидания. Здесь было ужасно жарко! Особенно в его одежде дозорного. Определенно, она не подходила для местного климата. В который раз он вспомнил, каким образом оказался здесь…
Он находился в Винтерфелле, когда ворон принес письмо из Дорна, адресованное лично ему. От принцессы! Дрожащими руками он взял его и, прочитав содержимое, в изумлении посмотрел на Джона и Трисс, присутствовавших при этом.
— Что в нем, Эдд? — озабоченно спросил Сноу.
— Тут сказано, что принцесса Арианна приглашает меня в Дорн! Но почему?
Северянин и чародейка загадочно переглянулись.
— Думаешь, мы не видели твой с ней разговор? — с улыбкой произнесла Меригольд. — Я видела, как ты на нее смотрел. Да и она явно проявляла к тебе интерес. Не забывай, что я — чародейка, и хорошо разбираюсь в людях, а особенно в женщинах и их чувствах.
— Эдд, я давно знаю тебя, — проговорил Джон, глядя на него. — Ты мой лучший друг, один из немногих, кто остался. И со всей ответственностью говорю тебе, что ты заслужил быть счастливым. Если твое сердце хочет этого — не противься ему. Поезжай к принцессе.
— Но как же Дозор и мой долг?
— В Ночном Дозоре больше нет нужды, Иных больше нет, — похлопал Эдда по плечу Джон. — Ты же помнишь — своим указом я, как Хранитель Севера, расформировал его. Отныне вы все — свободны и можете распоряжаться своими жизнями по своему усмотрению. И ты тоже.