Юная девушка, которую звали Кусек («Капелька»), протянула мне небольшой кожаный мешочек, где были сложены амулеты, еще мгновение на зад распределенные по разным участкам ее тела под верхней и нижней одеждой. Я распаковал их: невинные, заплесневевшие штуковины, с ужасным запахом, своим видом ничем не выдающие какое-либо отношение к священной тайной силе, которую они представляли. Я вытащил длинный черный лебединый клюв из мешочка и поинтересовался его предназначением. Она показалась мне такой милой и славной, когда, опустив вниз глаза, застенчиво ответила: «Это для того, чтобы первым у меня родился мальчик».
Следующей шла голова куропатки, к которой была привязана куропаточья лапка. Она пояснила, что это для того, чтобы ее мальчик приобрел свойства куропатки, став быстрым и выносливым бегуном во время охоты за дичью. Медвежий зуб придавал крепость зубам и способствовал здоровому пищеварению. Мех горностая с прикрепленным к нему черепом помогал бы мальчику расти сильным и ловким, а маленькая тушка камбалы защищала бы от опасностей во время встречи с иноплеменниками.
Тут было все, что она отважилась отдать. Кое-какие вещицы на всякий случай она решила все-таки оставить при себе. Затем в иглу вошли несколько парней и девушек, окружившие ее, посмеиваясь, чем еще больше вызывали ее смущение. Однако их смешки затихли, как только они увидели, что она получила взамен – ведь я не только отсыпал ей столько стеклянных бусинок, чтобы хватило на маленькое ожерелье, но вдобавок протянул ей пару швейных иголок и сверкающий наперсток.
Через пару часов в моем доме началось такое столпотворение, что я даже испугался, как бы снежные блоки не сдвинулись с места. Задолго до отхода ко сну я едва успел крикнуть посетителям моей импровизированной лавки: «Все распродано!» В конечном итоге я стал обладателем более 200 амулетов, уникальнейших в своем роде.
К числу наиболее ценных и чаще всего используемых амулетов относились следующие: крачка – дерзкий, уверенный рыболов; нога черноклювой гагары, помогающая мужчинам управлять каяком; голова ворона вместе с его когтями, приносящая улов, состоящий из множества частей, которые легко поделить между другими охотниками, – это оттого, что у ворона есть привычка всегда появляться в тех местах, где делят дичь; зубы оленя, вшитые в одежду, превращающие человека в славного охотника; пчелиная матка, вместе с роем зашитая в обрывок кожи, укрепляющая разум; муха, символ неуязвимости, потому что ее тяжело убить; водяной жук для укрепления лобной кости. Один из немногих чисто женских амулетов – кожа лосося с чешуйками, помогающая делать при шитье короткие, плотные стежки.
Вместе с Подошвой мы как можно аккуратнее упаковали амулеты, и я по возможности описал их действие в своем дневнике. Решили отправиться в путь уже на рассвете, однако мы не учли, что старый шаман в последний момент захочет вмешаться в наше мероприятие, используя свою власть оракула.
Сквозь ночную тьму уже готово было прорезаться утреннее марево, как вдруг до нас донесся звук скрипящего снега и какие-то голоса. Это явился старый шаман, желавший с нами говорить. К нашему иглу на санях подвез его сын. Шаман вошел, когда мы еще сидели за скромным завтраком, и начал растолковывать, что, испытывая ко мне доверие, он и сам поощрял своих детей и внуков продать мне свои амулеты. Вещи белого человека – диковинка для здешних мест, хотя наши теории относительно амулетов и верны, непоколебимой истиной остается и тот факт, что амулет есть амулет. После того как я поведал ему истории о дальних путешествиях и различных племенах, в которых я гостил, он уверился, что я обладаю особой силой, помогающей мне все это осуществлять. А так как самая мощная сила находится в человеческих волосах, то он предлагает мне, для отвращения гнева неуспокоенных духов, раздать всем, продавшим амулеты, по пряди моих волос!
Я тотчас же согласился с ним, однако заметил, что в такую холодную зиму было бы неразумно покинуть поселок, распрощавшись со всеми своими волосами. Решили, что мои волосы получат лишь те, кто поделился самыми ценными амулетами. Признав мою правоту и в том, что части одежды также могут служить амулетами, он согласился принять в дар мою старую шубу и рубашку. Таким образом, все оказались довольны, и после полудня старик по имени Иткилик разрезал мою шубу и рубашку на мелкие кусочки и по составленному мной списку стал выверять получателей. Только дарители самых сильных амулетов получили по пряди волос, процедура отрезания которых проходила для меня довольно болезненно: ведь орудовать ему приходилось тупым ножом, потому что о ножницах в поселке никто и не слыхивал.