Колчин помигал ему задними габаритными огнями, но Лозовских, вероятно, настолько редко (никогда!) имеет дело с автомобилями и владельцами автомобилей, что простейший опознавательный сигнал (эй! я здесь!) никоим образом на него не повлиял. Как стоял, так и стоит!
Колчин вышел из «девятки», на секунду-другую выпустив Лозовских из поля зрения. Когда же он снова увидел Святослава Михайловича – теперь не в зеркальце, а «живьем», – картина кардинально изменилась. Лозовских уже не стоял, как стоит. Старшего научного сотрудника «живьем» взяли с боков два крепыша и волокли через дорогу, к парапету. Не ровен час – топить собрались?!
Нет, не топить. Синий «фольксваген-транспортер» проехал сорок метров и тормознул аккурат между парапетом и захваченным пленником. Туда, в микроавтобус, ему и дорога.
Лозовских неумело упирался, приседая, пытаясь вырвать руки из захватов. Но третий крепышок, выскочивший на подмогу, обогнул группку и сзади дернул упрямца за щиколотки, подхватив его, будто тачку. Боковая раздвижная дверь микроавтобуса уже открылась – тело было предано «фольксвагену-транспортеру». Боковая раздвижная дверь микроавтобуса закрылась. Крепыши оперативно попрыгали внутрь – на водительское место, на место рядом. Синий «фольксваген-транспортер» стал набирать скорость. За все про все ушло не более десяти секунд.
Колчин вполне успел бы. Во всяком случае, не опоздал бы. Знать бы только наверняка, к чему успел, к чему не опоздал. А Лозовских ли это? Или действительно мелкий оптовик какой-нибудь горбоносый? Ну никак внешне это не старший научный сотрудник! И зачем бы старшего научного сотрудника впихивать башкой вперед в затемненный микроавтобус?! А вмешиваться в карусель с крепышами, у которых случились разногласия с мелким горбоносым оптовиком, – Колчин отнюдь не всеядный поборник справедливости, у него СВОЯ задача. Но если это таки старший научный сотрудник, то задача, СВОЯ задача, Колчина осложняется. Оказывается, добыча досталась другим охотникам. Он-то, будучи охотником, выслеживал добычу и проглядел конкурентов. Отнюдь не потому, что отказало вдруг чувство боевой ситуации. Иная ведь ситуация – не бой, но охота.
А вот теперь – да. Вполне даже и боевая ситуация. Потому-то хоть и пожертвовал Колчин секундами для принятия окончательного решения (вмешаться? не вмешаться?), остатка времени хватило…
Он не стал выскакивать на дорогу перед микроавтобусом и бессмысленно махать руками: стойте, стойте! Объехали бы на вираже, а то и поперли бы напропалую (другое дело, что ЮК увернуться от микроавтобуса, уйти от столкновения – плевое дело, но… другое дело… контакта бы избежал, но крепышей на колесах не остановил бы).
Он в три движения вернулся за руль «девятки», но… не стал терзать ключ зажигания: щас догоним и перегоним! По малознакомым трассам города вслед за теми, кому эти трассы знакомы много лучше? Заранее обречь себя на проигрыш. Колчин всегда обрекал себя на выигрыш. Заранее.
Он сунул руку в «бардачок», извлек замшевый футляр-портмоне. Опять очутился на набережной.
Микроавтобус только-только просвистел мимо, показал Колчину «задницу». Дистанция увеличивалась и увеличивалась. Еще чуть – и будет поздно.
Колчин метнул сёрикен в автобусную «задницу», а для полной гарантии – метнул второй сёрикен. Туда же.
Хлопнуло два выстрела. Есть попадание! В оба задних колеса. Выстрелы – лопнувшие камеры. «Фольксваген-транспортер» резко притормозил, протащился по инерции, остановился.
Сёрикен, если судить по видеобарахлу, – исключительно орудие ниндзя. Только и знают ниндзя, что сёрикенами бросаться. Та же страсть у них к сёрикенам, что у Пушкина – к камням. (Замечено летописцем: «Пушкин любил кидаться камнями. Как увидит камни, так и начнет кидаться. Иногда так разойдется, что стоит весь красный, руками машет, камнями кидается, просто ужас!»). Ну да если судить по видеобарахлу, – иных талантов у ниндзя нет, кроме как сёрикенами бросаться и скакать в манере «попрыгунчиков» постпереворотного российского периода. В конечном- то счете один-единственный герой-персонаж управляется с толпой ниндзя, будто на легкую разминку вышел. Ниндзя – мальчики для битья, если судить по видеобарахлу…
Колчин – не мальчик для битья. Он – не ниндзя (и не Андрей Зубарев, обученный специфической метательной технике), но по колесам «фольксвагена- транспортера» попал. Есть! Кое-что умеем! Умеем, черт побери! Пусть специализация и несколько иная. Да и сёрикены нестандартные, своеобразные сёрикены, «разрушительные материалы» из магазина «Строительные материалы» на Скобелевском. Удачно он их вчера приобрел, удачно он их вчера не подарил Вике Мыльникову!