Аполлон снова налил в стопки горячительного напитка и не дожидаясь Ганса, опрокинул содержимое стопки внутрь себя.
- Я Вам соболезную. Какое горе – вздохнул доктор.
- Да. После этого я собирался вернуться в Россию. Но дядюшка – брат отца уговорил закончить обучение. «Юрий хотел, чтобы ты выучился, значит, нужно выполнить его волю» - сказал он. И я вернулся в университет… Лулу со мной. Теперь Вы понимаете, что расставаться с нею я не собираюсь? Но когда я понял, что она ждет ребенка, растерялся, испугался, это не входило мои планы…
- Что же Вас напугало? Разве, это не естественно? Сколько лет этой крошке?
- Не знаю, не задумывался об этом – пожал плечами Аполлон…
***
Лулу прислушивалась к разговору, пытаясь понять, зачем пришел чужой человек, почему ощупывал ее. Неужели хозяин решил отдать ее другому? Или этот человек – злой колдун, который хочет навредить ребенку? Зачем? Почему хозяин недоволен, тем, что она беременна. В ее племени, детей не убивали в утробе матери, наоборот, встречали каждого нового члена племени с радостью, особенно мальчиков – будущий охотник народился. Это праздник был для всех. Девочкам не так радовались, но женщины собирались и пели песню для новорожденной, желали ей скорее вырасти и родить охотника… А внутри Лулу зародилась новая жизнь – это мальчик, охотник, она знала, а хозяин, заметив ее живот, испугался.
- Черт! Ты беременна?!
- Что такое «черт» и «беременна»? – она не все слова понимала.
Он показал на живот.
- Ребенок?
Лулу поняла, кивнула.
- Да…
И вот он привел этого странного мужчину, зачем?
Разве хозяин не знал, что после того, что он с ней делал, внутри женщины заводится новый человек? Белые люди странные. Сексом занимаются ночью, под одеялом… Хотя, конечно, в этой стране холодно… А вот у нее на родине, все по-другому, все на виду. Никаких тряпок на себя не надевают. Мужчины и женщины соединяются тогда, когда хотят и там, где вздумается. Там все было понятно, просто… Но пришли злые люди и увели ее и других ее соплеменников с собой в плен. В тот день мужчины ушли на охоту. Некому было защитить их от набега, стариков злодеи убили… А дальше она узнала слово «рабство». Ей объяснили, что она – рабыня, у нее будет свой хозяин, которому она должна подчиняться. На рынке много было таких, как она. Работорговцы расхваливали товар, показывая лицом, демонстрировали молодые тела в неприкрытом виде. Лулу ждала своего «хозяина», и он пришел – молодой, странный очень – голубые глаза, белые волосы, светлая кожа. Лулу смотрела на него и думала «Возьми меня», и он подчинился этим мыслям, взял ее себе…
С тех пор Лулу жила «двойной жизнью». Ее тело принадлежало хозяину, ее душа рвалась туда, в Африку, как только она засыпала, сон уносил ее в племя и она «жила» там, слушая советы своей бабки – шаманки. Лулу предназначалось стать новой шаманкой… Разве бабушка Шами не знала, что произойдет? «Наше племя многие годы жило по законам, установленным древними Богами, которые спустились с небес… Но всему приходит конец. И злые духи нарушили наш миропорядок» - объяснила ей Шами во сне.
Звякнул колокольчик, странный мужчина ушел. Лулу кинулась к хозяину.
- Пол! Ты отдашь меня…?
- Нет, не отдам никому. Что ты придумала? Лулу, девочка – он обнял рабыню, погладил спину, живот, от него пахло спиртным. Она неторопливо обнюхала его.
- Он трогал меня, зачем?
Ее широко раскрытые глаза смотрели с тревогой.
- Он врач, проверил ребенка.
- Врач, колдун? Он не заберет сына?
- Нет, не заберет. Не бойся.
Аполлон повел свою рабыню к кровати…
За окном на город опустилась ночь, мокрые снежинки прилипали к стеклу. Внизу, на первом этаже слуга Иван, крепостной мужик, громко топая сапогами, принес дрова и затопил камин. «Как бы барчук и его теплолюбивая «игрушка» не замерзли» - подумал он, усмехнувшись. «Чего только эти баре не придумают, мало им своих крепостных девок, зачем–то заморскую прикупили. Наверно, какие деньжищи отдали! А она и говорить не умеет, лопочет что–то. Хотя смышленая.» Иван давно служит при барчуке Аполлоне, с ним и в Европу приехал, парень учится, Иван за порядком в доме следит, печь топит, еду готовит… Девчонка сначала совсем дикая была, присматривалась, принюхивалась, наблюдала за Иваном, как он кашеварит. А однажды, вернувшись с рынка, Иван обнаружил приготовленный обед. Удивился, попробовал, вкусно.