- Не надо никого звать… Сами справимся – проговорила Лулу – скоро он появится, мой мальчик.
Никитична приняла ребенка, действительно, мальчик – мулат громко возвестил о своем появлении на свет.
Назвали малыша Гаврилой. Гаврик…
***
Быстро промчалось лето. Гаврюша подрастал, питаясь материнским молоком. Юре шел четвертый год, он был уже вполне самостоятельный, всеми слугами любимый… Пришла очередная осень, а за ней и зима, снова обоз с продуктами ушел в Москву. Через некоторое время вернулся в деревню управляющий. Никитична, как всегда, расспрашивала его, как там Аполлон Юрьевич поживает?
- Жив – здоров наш барин. Все нормально у него. Жениться собирается.
- Жениться?! Неужто правда? И кто невеста у нашего барина?
- Невеста знатная, генеральская дочь. И богата, и красива. Сам я ее не видел, а Иван рассказывал.
- Ну, Иван врать не будет – закивала головой нянька – когда же свадьба?
- Венчание в следующем году, чтобы все честь по чести. Большой праздник будет.
- А к нам в имение, когда барин приедет?
- Не знаю. Точно не скажу. После свадьбы за границу путешествовать поедут с молодой женою, а потом, глядишь, и к нам наведаются – сообщил управляющий, уплетая лепешки со сметаной.
За дверями кухни что-то упало.
- Пойду посмотрю, кошки скачут что ли? – сказала Мотя и выглянула за дверь – Лушка, а ты чего здесь стоишь?
Вид у Лулу был растерянный, у ее ног валялась корзина с бельем.
- А, подслушивала – сообразила Мотя, она подняла корзину и подала Лулу – иди, неси на место. Не стой тут под дверями.
Лулу, подхватив свою ношу, отправилась дальше, ноги были ватные. От услышанного у нее голова закружилась, и она брела по дому, как привидение. «Пол женится… Как сказала Никитична, изведет тебя его жена, ох, изведет»
Мотя вернулась на кухню.
- Жалко Лушку, ждет она барина – вздохнула Мотя.
Управляющий крякнул озабоченно.
- А барин знает про Гаврюшу? – спросила Никитична.
- Я сказал, что родила басурманка парнишку.
- А что барин?
- Спросил, как здоровье у Лулу и детей… А больше ничего. Что он может сказать? – пожал плечами управляющий – ну, спасибо, за обед. Пойду я, проверю, что мужики делают.
Управляющий ушел, а Никитична поспешила к Лулу. Девушка сидела у камина и тупо смотрела на огонь. Глаза ее наполненные слезами обратились к Никитичне.
- Няня, что со мной будет?
- Не переживай. Что будет, что будет? Чего испугалась? Я тебе давно говорила, рано или поздно хозяин женится. Будет у него жена законная.
- А я?
- А ты – служанка… Будешь слушаться хозяйку и угождать ей. Вот и все.
- Ты говорила, она меня изведет.
- Ну, этого никто не знает… Веди себя тихо, и все обойдется, – посоветовала няня – чего раньше времени от страха трястись?
- И Полу я больше не нужна? – всхлипнула Лулу.
- Эх ты, дуреха. Кто же их мужиков знает, кто им нужен, а кто нет. Может, и нужна, но не при жене. Будь осторожна, знай свое место…
Наступила ночь, Лулу уложила детей спать, сама все время думала о словах няни. «Знай свое место. А где мое место?» Она уснула и умчалась вдаль в верховье Широкой реки, где ее ждала бабушка. Она была грустна, сидела у потухшего костра, понурив голову. Все остальные уже спали в хижинах. Высокое черное небо усеяно яркими звездами.
- Что случилось, Шами? Почему ты печалишься?
Шаманка подняла голову и посмотрела на внучку.
- После «обряда посвящения» во чреве Мими поселилась девочка, дочь твоего брата. Но сегодня крокодил напал на будущую мать. Она чудом увернулась от него, Вождь пронзил крокодила своим копьем. Только от испуга Мими рожать начала, ребенку рано было на свет появляться, и девочка умерла… А это – плохой знак.
- Как жаль… А что Мими?
- Больна, но она выздоровеет… А ты о чем волнуешься? Что грустишь?
- Мой господин решил жениться.
- Что это значит?
- У него будет другая женщина, а я буду ему не нужна…
Шами задумалась на минуту и сказала:
- Но там в холодном мире и другие мужчины есть. Ты можешь использовать другого самца.
- Я не хочу другого – пробормотала Лулу – но мне пора… Мой Гаврик проснулся.
Откуда-то издалека доносился детский плач. Лулу вернулась из царства сна…
8. Законная жена
В имении суета и переполох. Скоро приедет барин с молодой женой. Несколько дней слуги мыли, чистили барский дом, прибирали двор. «Как бы не ударить в грязь лицом перед новой госпожой» - сказала Никитична. Три кареты, одна за другой проследовали по деревне, крестьяне выстроились вдоль улицы, кланялись господину. Барский поезд не спеша въехал во двор господского дома.