- А что с незаконным сыном? Который страшный Бог Смерти?
- Мор обитает в глубоком подземелье и забирает души умерших людей. Он приходит к тому, кто готовится покинуть мир, прикасается своим ртом к губам умирающего и вдыхает в себя его душу… Черная энергия, получаемая вместе со старыми измученными душами, отравляет Мора, поэтому ему нужна светлая энергия любви, без нее он теряет Силы, поэтому Лейла спускается с горы в его пещеру, и Мор овладевает ее телом.
- Он берет ее насильно? Зачем она к нему приходит? Пусть бы он терял силы, черт с ним...
- Она добровольно отдается ему. Потому что знает, что если силы Мора иссякнут, то он не станет забирать души умерших людей. И тогда они, эти души, будут бродить по земле среди живых и сеять хаос. А ведь все люди – и живые и мертвые – это, дети Богини Любви, и оставить их на произвол Судьбы она не может, поэтому и отдает свою энергию любви ужасному и похотливому Мору.
- А что же Раф, как он к этому относится?
- Он не может ничего изменить, но по-прежнему любит Лейлу, и это взаимно. Раф спускается с небес к Лейле и дарит ей свою нежность, после каждого их свидания Богиня беременеет, но сама она не рожает, она идет к людям и вручает зародыш женщине, достойной выносить ребенка…
- Значит, детей рожают только «достойные» женщины? – усмехнулся Жак.
Лулу не поняла, почему он усмехается.
- Иногда Лейла ошибается, и забирает у женщины плод, отдает его в распоряжение Мора…
Жак почесал затылок, как–то непонятно все это.
- Что же получается? Хао всех обманула, Раф ошибся, а расплачивается за это Лейла? И люди бессмертие потеряли. Не справедливо. А «напиток любви» какую роль играет?
- Напиток готовят, когда в племени становится мало детей, тогда шаман разжигает костер и призывает Богиню на «праздник Любви», мужчины и женщины занимаются сексом, а Лейла выбирает матерей для будущих детей. Потом, когда праздник закончится, стихнут барабаны, а люди уснут крепким сном, Богиня награждает «достойных». Женщины, выбранные для рождения детей Любви, становятся неприкосновенными, их оберегают, хорошо кормят. Продолжение рода – очень важно для племени. Создатель лишил бессмертия человека, но Богиня Любви сделала бессмертным род. Умирают одни, рождаются другие, и так бесконечно, пока дикая Хао не разрушит установленный миропорядок.
Лулу замолчала, она устала разъяснять столь очевидные вещи. Не привыкла говорить так много, история Богов длится тысячи лет, как это все расскажешь?
- Значит, приготовив «напиток» тогда в деревне, ты вызывала Богиню Любви? – спросил Жак.
- Да. Она была с нами.
- Как это с нами? Ты, что, видела ее?
- Нет не видела, но чувствовала ее присутствие.
- Как неудобно, предупреждать надо, я, наверно, выглядел не очень в ее глазах? – хмыкнул Жак – но она не дала нам ребенка? Значит, ты не достойна?
- Я думаю, ребенка, которого изначально хотят продать, лучше и не зачинать.
Жак немного смутился и спросил:
- А ты, Лулу, дитя Любви? Почему же тебя продали в рабство? Куда смотрела Богиня?
- Лейла не предопределяет судьбы своих детей. Когда Вождь и моя мать исполняли эротический танец в свете костра, а затем сливались в экстазе в одно целое существо, они, конечно, не помышляли о том, что их дитя поймают злые люди и увезут в далекую страну на продажу.
После этого рассказа Жак расхотел употреблять «напиток любви», который увеличивал мужскую силу, это он понял по той первой ночи с Лулу. Как–то не хотелось ему, чтобы при этом еще невидимая Богиня присутствовала. «Вот ведь недаром мадам Катрин говорит про древнюю магию, которой Лулу владеет… Хотя все это сказки, выдумки, мифы дикого отсталого народа» - подумал он перед сном …
Темная каморка неожиданно озарилась каким-то неземным светом, и Жак внезапно проснулся. Перед ним стояла Богиня Любви, она была похожа на Лулу, только выше ростом в короткой белой тунике, над головой серебристый нимб, от которого исходил этот странный мерцающий свет.
- Ты узнал меня? Я Лейла, Богиня. – представилась дама. - Хотя белым людям не нужно про меня знать, но ты сам этого захотел. А лишние Знания – тяжкое Бремя.
Жак не знал, что ответить столь высокой гостье, не часто в скромную каморку повара Богини заглядывают, вернее никогда. Даже госпожа брезгует в комнаты слуг ходить, а тут такое!
- Извините, Ваша Светлость или как Вас называть…