Лулу удивилась: мужчина меня не хочет? С этим вопросом она обратилась к матери. Расплакалась.
- Я должна была стать его женщиной, а он просто лизнул мне руку, и все. Почему? Он не любит меня?
- Лулу, он сделал тебе предложение. Теперь ты невеста. Так принято, нельзя сразу заниматься этим… Привыкай к новым порядкам, дочка – сказала Мария.
Герхард предоставил Николаю свои вещи – рубашку и штаны, Мария тоже снарядилась в мужскую одежду, что выдал ей будущий зять. Лулу облачилась в материнское платье.
- Теперь ты всегда будешь ходить одетой…
Путники обернулись в последний раз на деревню. Племя грустно смотрело им вслед. Впереди всех стояли величественный чернокожий Вождь, высокая и стройная Шаманка, обнимающая за плечи младшего русоволосого брата, молодой смуглый красавец Сан и почти не стареющая миниатюрная Лайма…
18. Москва
Московский дом выглядел уныло, заросли старых кустов возле дорожки, обшарпанная дверь, старый слуга нехотя открыл нежданным гостям и посмотрел на них подслеповатыми глазами.
- Кто там пришел, Игнат? – крикнула ему Аграфена.
- Чего изволите, господа? – спросил слуга.
- Так-то ты хозяев встречаешь, Игнат – произнес Николай насмешливо.
Игнат глаза раскрыл.
- Неужто, барин? Николай Аполлоныч?
- Он самый, в дом-то пусти.
Слуга распахнул настежь двери, расшаркался.
- Бог ты мой, Николай Аполлонович вернулся!
Аграфена, бывшая горничная, чуть в обморок не упала, за сердце схватилась.
- Барышня, барин! Да как же это!
- Да мы это, Графа, мы – Николай и Мария, вернулись. Хватит охать. Матушку позови.
Николай и Мария прошли в гостиную залу, за ними робко двигалась юная Лулу, она с удивлением озиралась, все ей в диковинку было. Приехали они летом, но она подумала – что-то прохладно, зима, наверное, а где же белый снег? Хижина такая большая, два уровня…
- Так нет матушки Вашей, Екатерины Дмитриевны, царство ей небесное.
- Нет? – Николай и Мария остановили свои взоры на портрете, обрамленном черной лентой.
- Как… это случилось? – пролепетала Маша.
- Так болела наша госпожа, сильно мучилась, страдалица – грустно сообщила Аграфена – не дождалась она вас. На днях 40 дней прошло…
Сказать, что Николай и Мария огорчились, ничего не сказать, они были раздавлены этой новостью.
- Мама, почему ты плачешь? – спросила Лулу, не понимая почему встреча такая грустная. Всю дорогу они мечтали, как приедут домой, и вот…
- Твоя бабушка умерла – сказала Мария.
- Ее забрал бог Мор?
- Да…
- Скажи, Графа, а наш отец он… - начал свой вопрос Николай, но не знал, как закончить фразу.
Графа печально вздохнула.
- Барина уже лет так пятнадцать нет.
Николай низко опустил голову, Маша плакала.
- Шаман был прав, нас никто не ждет в этом мире…
- Барышня, не плачьте. Я вас ждала… - проговорила Аграфена, размазывая слезы по щекам…
Мария поднялась на второй этаж и вошла в свою комнату, все там было так же, как раньше, она глянула в зеркало и отпрянула, на нее смотрел Шаман и говорил: «Ма-ша, ты моя»
- Отпусти меня, Шам! – крикнула Мария в зеркало. Шаман улыбнулся, и исчез. А Мария увидела себя, белые волосы, загорелая кожа, усталая немолодая женщина. «Это я?» успела подумать, как в комнату проникла Лулу.
- Мама, ты кричала? Ой! А что это?.. Такая большая хижина, мы будем здесь жить?
- Да, Лулу. Все будет хорошо – ответила Мария, но голос прозвучал как-то неуверенно.
Слуги, наконец, вышли из ступора и засуетились. Аграфена метнулась на стол собирать. Игнат пошел воду таскать, нагревать. Барам надо помыться с дороги.
И вот Николай восседает во главе стола, Лулу смотрит в тарелку подозрительно, а тут еще ложки, вилки. Она обращает взгляд на Марию.
- А руками нельзя?
- Привыкай, Лулу, учись пользоваться столовыми приборами, иначе, что скажет матушка Василия?
Лулу обреченно вздохнула. «О, Богиня Лейла! Как тут все сложно!» Чтобы выйти замуж за человека, который ей понравился, и она ему тоже, нужно идти на такие жертвы: носить неудобное, сковывающее движения, платье; есть при помощи ложки и вилки, и думать о том, что скажет матушка ее жениха? При чем тут его матушка? Непонятно. А еще нужно покреститься, чтобы их могли повенчать. Мария рассказывала дочери библейские сюжеты и заставляла повторять непонятные тексты – молитвы. К тому же имя у Лулу неподходящее оказалось, нет такого в святках.
- Может, наречем ее Еленой, как нашу бабушку – предложил Николай – как тебе имя Елена?
Лулу повторила:
- Еле-на, Ле-на… Я согласна.
Если так нужно, чтобы быть здесь счастливой и любимой, то, да, она согласна стать Еленой.