Мейстер Куинн кивнул и повернулся к верстаку, где лежали детали нового рунического двигателя. Томмен проследил за его движениями — даже в смерти старый учёный сохранил ту же точность и аккуратность, что отличала его при жизни.
— А теперь покажи мне, как правильно начертить руны усиления на медном диске, — сказал мейстер, отходя в сторону.
Томмен взял резец — инструмент, который ещё недавно казался ему магическим артефактом. Теперь он лежал в его мозолистых руках так же естественно, как когда-то посох пастуха. Медленно, сосредоточенно он начал вырезать сложные символы, которые мейстер Эрнест называл "языком силы".
*Забавно*, подумал он, вспоминая свою прежнюю жизнь. *Раньше я проклинал богов за то, что родился простолюдином. А теперь...*
— Томмен! — Голос прервал его размышления. В мастерскую вошёл Дейв, его сосед по прежней деревне. Когда-то они вместе пасли скот на одних и тех же полях, а теперь Дейв изучал алхимию у мейстера Коллена.
— Слушай, ты не видел мою Мэри? — спросил Дейв, и в его голосе звучала знакомая тревога. — Она опять убежала к новым машинам.
Томмен усмехнулся. Дочка Дейва, семилетняя девочка, была зачарована всеми механизмами в крепости. Раньше она помогала матери доить коров, а теперь пыталась разобрать каждый попавшийся ей двигатель.
— Видел, как она бежала к главным воротам. Там сегодня испытывают новый танк.
— Семь пекл! — Дейв рванул к выходу, но на пороге обернулся. — А как дела с обучением?
— Хорошо, — Томмен показал почти законченную руну. — Мейстер Куинн говорит, что через неделю смогу самостоятельно собирать простые механизмы.
— Везёт тебе, — Дейв покачал головой. — У меня с алхимией не ладится. Вчера чуть лабораторию не взорвал.
После его ухода Томмен вернулся к работе, но мысли разбегались. Кто бы мог подумать, что падение его мира обернётся таким... благословением?
Он помнил тот день, когда Иные пришли в их деревню. Помнил, как все прятались в погребах, дрожа от страха. Помнил истории о ледяных демонах, которые превращают людей в ходячих мертвецов.
Реальность оказалась... иной.
Конечно, первые дни были страшными. Непонятными. Когда высокая бледная женщина, которую называли Иррой, собрала всех жителей на площади, многие думали, что пришёл их конец.
Но вместо смерти пришли... изменения.
— Каждый из вас получит новую роль в новом мире, — сказала Ирра тогда, её голос был холоден, но не жесток. — Мы оценим ваши способности и дадим образование, о котором вы не могли мечтать. Никто не будет голодать. Никто не будет умирать от болезней. Никто не будет жить в невежестве.
Сначала Томмен не поверил. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но затем пришли учителя — мейстеры, как живые, так и мёртвые. Они принесли книги, инструменты, знания.
И оказалось, что у Томмена талант к механике.
— Хорошая работа, — мейстер Куинн осмотрел готовую руну. — Линии ровные, символы правильные. Эта деталь прослужит долго.
— Мейстер, — Томмен отложил резец, — можно задать вопрос?
— Конечно.
— Вам... не странно? Обучать нас? После... после того, что произошло?
Мертвец на мгновение замер, и Томмен подумал, что переступил границу. Но затем мейстер Куинн медленно сел на табурет.
— Знаешь, парень, за всю свою жизнь я мечтал только об одном — передать знания. В Цитадели я учил молодых мейстеров, но их было мало, и многие из них интересовались лишь властью, которую даёт учёность.
Он посмотрел на свои бледные руки.
— А теперь... теперь у меня есть вечность, чтобы учить. И ученики, которые действительно хотят знать. Ты думаешь, что смерть изменила мои цели? Нет, она лишь дала мне больше времени для их достижения.
Томмен кивнул, хотя до конца не понимал. Мир стал странным, но не обязательно плохим. Его младший брат Сэм теперь изучал математику — и преуспевал в ней больше, чем многие лорды. Их сестра Лира училась медицине у мейстера Балора. А их отец...