Несколько минут прошли в тишине, только ветер шумел листьями и вдали раздавались людские голоса. Когда за спиной вдруг захрустели ветки, девушки подпрыгнули и обернулись, но в тени леса никого не было.
— Можно сходить к Стерн, она ведь кроме астрономии еще и в астрологии разбирается, — предложила Такото.
Большими листьями девушка стала стирать в обуви кровь, но давалось это с трудом.
— Точно, я постоянно про это забываю. Но на сколько я помню, ваш последний опыт был не самый приятный.
— Это было давно, и я не видела больше, чтобы Стерн пользовалась свечами во время гадания. Богини не могут повлиять на то, какую карту вытянет Стерн. Сходим к не через пару дней, у нас там вроде как расписание совпадает.
***
Такото широко зевнула, не потрудившись даже прикрыть рот. Она встала раньше и пришла за час до начала урока, как раз тогда, когда заканчивался урок у старшего курса, где учились старшие друзья Такото. Спать хотелось невыносимо, девушка вновь всю ночь просидела за уроками, поспала пару часов и заставила себя подняться с кровати, и чуть не была сброшена Адо, спящим с ней в одной кровати, когда Ури нет в комнате.
Такура устало улыбнулась, такая же бессонная ночь несколько переменила ее внешность, сделав кожу бледной, как полотно бумаги, а под глазами темнели круги. Она куталась в толстый теплый плед, ее всегда бил озноб после ночных уроков в обсерватории. Стерн ждала их у своего стола. Сегодня на нем не было вороха карт и раскрытых книг, порядок и чистота, а в руках старенькая потрепанная колода, использованная десятки, если не сотни раз.
— Смотрю, вы сегодня не настроены на долгие и скучные утренние уроки астрономии, Такото?
Стэрн дернула хвостом, она продолжала носить пугающую маску, но черты лица становились все подвижнее с каждым годом.
— Если честно, я вообще ни на какие уроки утром не настроена, — буркнула девушка в ответ, присаживаясь на стул с другой стороны стола, — Я настроена на сон в теплой кровати, но, к сожалению, единственный, кто мог бы ее греть, холодный, как труп.
Преподавательница посмеялась, но через мгновение ее лицо стало привычно серьезным, она стала задумчиво перемешивать карты в руках.
— Итак, что вас ко мне привело? Сегодня обойдемся без свечей, не хотелось бы испортить еще одну колоду.
— Понимаете, — Такура понизила голос так, будто кто-то мог их подслушивать, — Происходит что-то очень странное и нам нужно узнать об этом больше, раньше, чем станет поздно.
— В Академии каждый год происходит что-то странное.
— Но не каждое поколение происходит покушение на учениц, тем более королевских кровей, и тем более чья-то смерть.
— Ино была талантливой и умной ученицей.
— К сожалению, ум и талант не помог ей в сражении с временной аномалией, вызванной Валиос. Мы хотим, чтобы такого больше не произошло и есть вопросы, на которые мы ищем ответы.
— Многовато вы на себя берете. Я помогу вам, но дам совет: не лезьте на рожон, это ничем хорошим не кончится. Со всеми бедами вполне может справится Эльда.
Девушки переглянулись, раскрывать лишнюю информацию преподавателю не хотелось, как и обвинять в чем-то директрису, когда в академии всюду ее глаза и уши, одной Валиос удавалось ее обманывать и то не долго.
— Итак, какой вопрос?
— Не так давно мы стали свидетелями одной весьма занимательной сцены, и мы хотим знать, что она означает.
— Подробности будут?
— Они обязательно нужны?
Лицо у Такуры было очень серьезным и рассказывать подробности у нее не было никакого желания, Стерн это поняла, поэтому махнула головой, мол, не нужны.
Некоторое время Стерн мешала карты, задумчиво разглядывая поверхность стола, ее губы беззвучно двигались, будто она разговаривала с ними, пыталась о чем-то договориться или произносила заклинание без звука, но скоро она будто очнулась от транса, в последний раз перемешала колоду и стала вытягивать карты.
Первой стала пятеркой кубков. На ней была изображена Госпожа Созерцание, укутанная в плотный синий плащ, стоящая боком и сгорбленная, словно от тяжелой ноши, рядом валялись ровно пять кубков. Следующей стала десятка мечей. Госпожа Победа лежала на голой земле, пронзенная десятком мечей, а на небе сгущались темные тучи, лица Богини было не видно. Третьей картой Стерн положила Башню, карта показывала высокую белоснежную башню, занятую огнем, из ее окон выпрыгивали обезличенные люди. Рука Стерн замерла, она долго смотрела на расклад, раздумывая, нужна ли ей еще одна карта и в конце концов выложила. Последней стала Смерть. Госпожа Хаос, сидя на белом коне держала в руках знаменье с символом Божественного суда, а люди у копыт коня падали замертво.