Только по вытоптанному кругом снегу можно было судить, как близко они подбирались к нему.
Волна дремоты снова охватила Генри, голова его упала на колени, но вдруг он вздрогнул и проснулся.
Откуда-то доносились людские голоса, скрип полозьев, нетерпеливое повизгивание собак. От реки к стоянке между деревьями подъезжало четверо нарт. Несколько человек окружили Генри, скорчившегося в кольце угасающего огня. Они расталкивали и трясли его, стараясь привести в чувство. Он смотрел на них, как пьяный, и бормотал вялым, сонным голосом:
- Рыжая волчица... приходила к кормёжке собак... Сначала сожрала собачий корм... потом собак... А потом Билла...
- Где лорд Альфред? - крикнул ему в ухо один из приехавших, с силой тряхнув его за плечо.
Он медленно покачал головой.
- Его она не тронула... Он там, на деревьях... у последней стоянки.
- Умер?
- Да. В гробу, - ответил Генри.
Он сердито дёрнул плечом, высвобождаясь от наклонившегося над ним человека.
- Оставьте меня в покое, я не могу... Спокойной ночи...
Веки Генри дрогнули и закрылись, голова упала на грудь. И как только его опустили на одеяло, в морозной тишине раздался громкий храп.
Но к этому храпу примешивались и другие звуки. Издали, еле уловимый на таком расстоянии, доносился вой голодной стаи, погнавшейся за другой добычей, взамен только что оставленного ею человека.