— В таком состоянии, простите, все похожи, — хмуро ответил Дик. — Да, высокие, стройные, молодые, волосы черные… Раз он вам не безразличен, помогайте, — он стянул с неподвижного охотника перчатки, велел девице, которую звали Славеди́на,[1] растирать руки брата. Разрезал ремни двойной перевязи на его груди, чтобы не возиться в пряжкой, которая никак не поддавалась. Пару раз нажал на грудную клетку, пытаясь разбудить застывшие легкие и сердце. Славедин резко вдохнул и захлебнулся воздухом. Стал кашлять, схватился за горло. Чувствовалось, воздух режет ему грудь, как ржавый нож. Словно до этого спасенный дышал под водой, как рыба.
Дик от души встряхнул его и помог сесть.
— Спасибо, — задыхаясь, вымолвил он. — Вы спасли меня. Где змей?
— По-моему, перед нами, — Дик переждал взаимные узнавания, бурные объятья и неожиданную встречу брата и сестры. Он чувствовал, что это снова ловушка, лишь бы отвлечь его от скачек.
— Дойдете до селения? — спросил Дик, едва близнецы вспомнили о нем и стали хором благодарить.
Краска первой вернулась на щеки Славедины.
— Это слишком далеко, — смутилась она, словно признавалась в чем-то плохом. — Я не смогу довести его одна.
— Ясно. Ищите другой подъем наверх, кроме тропинки. Ты, водоплавающий, сможешь держаться на коне?
Славедин поспешно кивнул. Ему трудно было говорить.
Его сестра сразу сказала, что есть подъем выше по течению реки. Дик подозвал Олевира, который жался к отвесной стене утеса, надеясь стать незаметным на фоне светлых камней. Помог Славедину забраться на спину коня и повел Олевира шагом, следом за Славединой. Та показывала дорогу и, забыв страх и нежелание возвращаться домой, стала веселой и взволнованой.
— Славедин пропал два года назад. Уехал искать счастье при дворе какого-нибудь вельможи, — оживленно рассказывала она. — Обещал, что вернется богатым и знатным, и для меня выберет самого лучшего жениха. А сам пропал. Год никаких вестей. Потом приезжал гонец, вот в таком же красно-фиолетовом жилете, как его плащ. И передал нам, что Славедин служит отныне у короля реки. Мы знать не знали, что это за король, но всё-таки порадовались, что брат жив и не забывает нас. Он передал с гонцом дюжину золотых, это огромные деньги. Мы начали строить новый дом.
А потом появился змей. Прошлой весной. И стал требовать дань. Он сам называл, что хочет получить. Ему отдали множество коров, коз, еды, золота. Наше селение разорилось, а ненасытной твари всё было мало. Потом он выбрал меня. Совет спорил три дня, что делать. Потом созвали всех-всех жителей, и каждый сказал свое решение, отдавать меня или нет. Против высказались всего шестеро: отец, мама, дядя с тетей, бабушка и наш сосед, мы дружим ещё с детства. Меньше десяти, значит, принято.
Я тут сидела с рассвета! Уже ни на что не надеялась, ни на какое чудо! А всё так замечательно… Славедин, откуда же ты взялся?
— Король реки — он… змей, — хрипло ответил ее брат, качаясь в такт шагам Олевира и едва не падая от слабости. — Сначала я не знал. Они жили в пещерах. Весь дворец под землей, вернее, под рекой. Думал, они дэйки… аква́ры… — он снова закашлялся. — Я ездил по лесам, стрелял дичь, ловил рыбу… всё как дома. Только за деньги и хорошую одежду. Не знал, кому служу. Короля никто не видел. Потом не смог выполнить его задание, не повезло с охотой. Меня ночью оставили на берегу, не пустили во дворец. Явился змей и проглотил меня. Тогда я и узнал все его тайны. Внутри него я как бы стал им… Всё понимал, но мне казалось, то, что он делает, это я делаю. Невольно, но сам, своими руками… то есть, зубами. Думаю, это я выбрал из всех наших девиц Славедину. Хотел ее увидеть… Боялся представить, что я переживу, но успокаивал себя, что, даже если змей сожрет ее, мы будем вместе…
— Спасибо, братец! — весело укорила его Славедина, нисколько не жалея.
— Посмотрел бы на тебя, внутри этой твари! — огрызнулся брат, ещё не вернув себе чувство смешного. Он тяжело вздохнул, так, что закружилась голова, и пленник змея чуть не потерял сознание. — Ты всё-таки меня спасла.
— Не я, а рыцарь! Как вы здесь оказались?
— Не спрашивайте, — отмахнулся Дик. — Проезжал мимо.
Он поинтересовался, что чувствовал Славедин, когда его прошил насквозь меч.
— Счастье, что всё скоро закончится, — с трудом проговорил тот. — И я не чувствовал удара. Меня только трясло, когда змей корчился. А когда он ушел под воду, я захлебнулся и не сомневался, что тону. Я ведь не мог выбраться из его шкуры.
— Змей провалился в свой подводный дворец, а ты остался здесь, — прижалась щекой к его руке сестра. — Вы разделились. Надеюсь, больше он не выплывет.[2]