— Расскажи, что за человек граф, и кто живет с ним в замке? — попросил Дик.
— О, это не ко мне! — поднял руки молодой разбойник. — Не хочу говорить о них. Ни слышать, ни видеть.
— А в замок собираешься, — без вопроса заметил Дик.
— Не хочется. Но не могу оставить брата одного, — честно ответил Аранд.
— На дороге он тебе не помогал.
Младший атаман улыбнулся:
— Мы поспорили с Толиеном, что Фазана смогу взять сам. Это управляющий графа, ты знаешь. Тот ещё гусь! По прозвищу Фазан. За важность. На индюка он не похож. К тому же, держит у себя фазанов вместо кур.
— Важная птица?
— Доверенное лицо Хардэя. Не злой, но жадный. Людей не видит, только золото. Пока его не посылают собирать налоги — нормальный безобидный толстячок. Подкармливает слуг, дарит девчонкам всякие мелочи, не приставая с требованием благодарности. Не донесет, если кто спал днем или покинул замок без разрешения, пока хозяин не видел. Боится темноты, болезней… и грабителей.
— Не жаль его? Что скажет граф?
Аранд улыбнулся иначе, холодно и уверено:
— К тому времени, когда Фазан вернется, надеюсь, у Хардэя будет достаточно забот, кроме того, чтобы ругать трусливых слуг. Тем более, приказчик меня узнал и скажет, чья вина.
Они шли по лесу, прислушиваясь, не рыщут ли вокруг бандиты или слуги Хардэйского замка. Напились воды из родника. Вернулись на пустую поляну. У костра снова дежурил один Толиен. Все разошлись в дозор или отдыхали в шатрах.
Дик выбрал себе место для сна, заранее бросив походное одеяло под забором, неподалеку от левого выхода, рядом с земляной тюрьмой.
Пленных солдат вывели на поляну. Даже раненный выбрался, полежать на солнышке. Их охраняли строго, но на расстоянии. Они могли свободно передвигаться по отведенному им краю лагеря и беседовать, о чем хотели.
— Не буду вам мешать, — светски откланялся Аранд, снова оставив старшего брата наедине с Диком. Толиен хотел обсудить предстоящее нападение с опытным в военных планах рыцарем, а Дик хотел всё-таки знать ответы на вопросы, которые не пожелал прояснять Аранд.
— Дворяне?
— Я — нет, — без тени зависти, с достоинством ответил атаман.
— Аранд?
Теперь разбойник отвел глаза, на скулах его шевельнулись мышцы, и Дик услышал скрип зубов. Но Толиен быстро вернул себе спокойствие.
— Угадал. Аранд — наполовину. И родился, когда отец уже умер, так что это никак не скрыть.
— Вы очень похожи, — мягко сказал Дик. — Но не в том, как справляетесь с удивлением. Он хладнокровнее.
— И сильнее. Но брат не способен склоняться перед господами. А я могу. Раньше мог, — с запинкой исправил атаман.
— Долговое рабство?
— Угу. Благодаря Аранду мы получили восемь лет отсрочки. Но прежний граф умер, не оставив законного потомства. Хозяином стал его младший брат. Имущество и земли десятков арендаторов, в том числе наши, достались ему в наследство.
— Жили в замке?
— После смерти матери, да.
— Срок?
— Обычный. Двадцать. С трудом отработали чуть меньше десяти. Но меня сперва на год отправили в армию, хотели поставить в охрану. Потом вечно посылали курьером к соседям. Мне было легче, я там почти не жил.
— Младшему родственнику приходилось несладко? — больше утверждал Дик.
Атаман сжал кулаки.
— В том-то и дело, что родственник! Они всё хотели довести его до бешенства, чтобы сказать, что низкое происхождение восторжествовало. Доводили морально, не силой. Им казалось так интереснее.
— Им?
— Граф и его супруга. Хотя, по-моему, они не венчались.
— Дальше.
— До совершеннолетия им изредка удавалось торжествовать. А к двенадцати он стал точно камень. Но азарта хозяев это не остудило. Чего они только не выдумывали! Последней каплей стало обвинение в воровстве. Госпожа потеряла золотую сережку. Заявила о краже. Указала на него. Устроили суд при всех обитателях замка. Обыск в комнате.
Ничего не нашли, но всё равно настаивали на виновности. Якобы, Аранд последний заходил в комнату хозяйки перед пропажей. Успел уже продать или проиграть кому-то украденное. Всё затеяли для того, чтобы посмотреть, что он скажет, как будет оправдываться. А он дал слово, что не брал, и ничего больше не возражал. Уж они посмеялись! Что стоит слово раба?
Меня не было, когда солдаты верхом таскали его на аркане по всем ближним хуторам, призывая крестьян хорошенько запомнить вора в лицо. Я столкнулся с ними, когда возвращался в замок.