Он улыбнулся ее горячности:
— Хорошо, если мужская одежда может защитить женщину. Но для мужчины нет доблести в том, чтобы прятаться за юбку.
— Глупости, — проворчала Надинн. — Ради спасения жизни, любой маскарад уместен.
— Такой опасности для меня пока нет. Однажды на Юго-Востоке изображал рабыню с помощью женской накидки. Никто не заметил подмены.
— Тебе же велено меня слушаться, — напомнила дочка рыцаря.
— Один раз могу поступить по своему усмотрению. Думаю, этот раз наступил. Плаща достаточно.
— Ох… ладно, — вздохнула Надинн. — Только уж не спорь и молчи, что бы я ни говорила страже.
Они пробрались сквозь заросли в укрытие. Надинн достала из вещевых мешков два длинных темных плаща и розовое платье.
Солдаты на заставе весьма удивились увидев такую процессию: двое воинов дракона и одна молодая девушка на гнедых конях почтительно сопровождали темную фигуру закутанную в плащ с капюшоном. Позади них ещё трое всадников охраняли колонну полумертвых от ужаса и усталости оборванцев. Один солдат пешком замыкал шествие, подгоняя пленных.
— Пароль?
— Дракон вечен! — с пафосом произнесла Надинн, слегка кланяясь стражникам.
— Кто вы такие?
— Я сопровождаю мою леди в Солбор. Ваш господин ждет мою госпожу в гости. Разве он не приказывал пропускать нас без задержки на всех заставах? У нас для вашего господина ценный подарок.
— Какой?
— Еда, — Надинн многозначительно оглянулась на людей под стражей.
— Можно узнать имя вашей хозяйки? — старший стражник с любопытством смотрел на фигуру в капюшоне, восседающую на великолепном белом коне.
— Можете сами спросить, — скептически ответила «служанка». — Но предупреждаю, моя леди излишнего любопытства не терпит. Она… вы понимаете, «больше, чем человек», кажется, так у вас говорят?
— Она — тоже?.. — солдат попятился, словно хотел скрыться в сторожке, забыв о службе. — Она дракон? — одними губами уточнил он. Надинн очень серьезно кивнула.
— Проезжайте! — старший подал знак открыть путь.
Надинн поблагодарила и доверительно наклонилась к нему с седла:
— Прошу прощения, господин, все пароли должна помнить я… разве можно доверять этим болванам? — она кивнула на свою охрану. — Но, похоже, я запуталась. Следующий — «Сила дракона?»
— Совершенно верно.
— А потом — «больше, чем человек», да?
— У вас прекрасная память, юная госпожа.
— Спасибо за помощь. Я волновалась, что леди рассердится на меня, — Надинн очень правдоподобно изобразила ужас перед своей хозяйкой, и вздохнула с настоящим облегчением.
Две последних заставы они проехали без задержки. Услышав, что «Дракон больше, чем человек», стража гостеприимно распахнула перед ними ворота города. Они въехали в Солбор открыто, с почетом. Беженцы, что совсем недавно покинули эти стены, выглядели совершенно подавленными, как и до́лжно выглядеть людям, которых ведут в подарок дракону.
— Куда теперь, Дик? — в городе Надинн чувствовала себя в сто раз менее уверенно, чем в лесу. — Надо спрятаться, но трактиры закрыты, наших там нет. Куда едем?
— В театр. Скажи, чтобы кто-то из горожан показал дорогу.
Молодой ученик ткацкого ремесла повел за собой всю процессию. Сразу от ворот он свернул налево и коротким путем, через переулки, вывел их к черному ходу театра.
Глава 24
Круглое здание с белыми колоннами и мраморной лестницей, с парадного входа выглядело дворцом, а с черного хода к нему примыкала конюшня. Лошадей, стражу и «пленных» оставили там. Внутрь театра пошли только трое: Дик, в своем обычном виде, Надинн и молодой ткач, который прежде бывал за кулисами, добиваясь расположения одной юной артистки. Увы, она отвергла его ухаживания, но дорогу по темным запутанным коридорам подмастерье запомнил.
На сцене, над пустым темным залом стоял золотистый клавикорд, украшенный росписью, с тремя ярусами клавиш. Сухонький седой маэстро почти не виден за инструментом. Пышная румяная певица ещё больше скрывала музыканта от глаз зрителей. Она негромко разучивала какую-то песню.
— Та самая, главная артистка, из-за которой дракон закрыл театр, — шепотом сообщил подмастерье, указав глазами на певицу. Та, явно не в настроении, возмущалась гораздо громче, чем пела. Узнав, что красотку зовут Яни́ма Арбенина, Дик вышел на сцену. Парень, который безуспешно пытался прогнать их, уверяя, что нельзя мешать репетиции, сперва хотел выскочить следом, но, очевидно, сдался и куда-то пропал.
— Прошу прощения, госпожа Янима, что помешал вам, — поклонился Дик, как только певица его заметила. — Нам нужна ваша помощь.