Дик закусил губу, переводя взгляд с короля на королеву.
— Значит, это не каприз вашей дочки, а вполне обдуманное похищение? Что ж, такова жизнь, роли вертятся, как колесо. Дальше. Условия?
— Вы соглашаетесь на торжественную помолвку с Кристалиной, а мы гарантируем отсрочку свадьбы, не менее чем на пять лет. Всё это время вы будете абсолютно свободны, но дадите слово вернуться.
— И ваша дочь окажется в глупейшем положении, — улыбнулся Дик. — Сколько ей исполнится через пять лет?
Кристалина отвернулась от него с явной обидой, но ее мать была сама любезность.
— Если обряд будет настоящим, ваш внешний возраст уравняется сам собой, вне зависимости от вашего желания. Дав обет стать ее мужем хотя бы в будущем, вы принимаете на себя определенные обязательства и…
— Этот закон действителен только для любящих сердец, — беспечно ответил Дик. — А с вашей дочерью мне это не грозит.
— Не забывайся! — прикрикнул на него король, сжимая кулак.
— Начинается, — засмеялся Дик. — Голос разума сорвался, пора подкрепить его требования кулаками? Можете убить меня, но согласия породниться с вами не получите. Уверяю вас, многие пробовали. Все отступали рано или поздно. Поверьте, умею настаивать на своем, не хуже королей.
— Хорошо, пусть согласие будет формальным, — с легкостью предложила королева. — Через пять лет мы вполне можем расторгнуть этот союз. Главное, чтобы помолвка прошла пышно, тогда о ней будут помнить дольше, чем о несостоявшемся браке.
— Зачем это вам, мне ясно, — кивнул Дик. — Но зачем соглашаться мне?
— Разве вам это не проще, рыцарь? — усмехнулся король. — Вы же хотите покинуть наш замок как можно скорее? И, желательно, целым и невредимым?
— Хочу. Очень, — не скрывая, ответил Дик. — Мне даже выгодна огласка: на пять лет оставят в покое. Но не смогу дать ложной клятвы. Это из тех вещей, что доступны только взрослым, вроде вас.
— Простите, в чем состоит сложность? — не понял король. — Вас не заставляют обещать Кристалине вечную любовь. Только присутствовать на обряде, подать ей руку и не возражать против нашего с королевой благословения. Это так трудно?
— Это невозможно, ваше величество.
— Почему же?
— Не-хо-чу, — Дик смотрел в стену. — Делайте что угодно, не сможете меня заставить.
— Думаю, сможем, — уверено улыбнулась королева. — Доченька, скажи своему жениху, кто тебя похитил?
— Герцог Эстин, мой двоюродный дядя, — спокойно ответила Кристалина. — И его сынок Гарольд…
— … и ещё десяток головорезов! — вмешался король. — Они хотели устроить такую же показательную помолвку, сместить меня с трона и добраться до управления королевством. Видите ли, мы завышаем налоги и слишком часто подписываем смертные приговоры, когда этого можно избежать!
— Брат не прав, — королева игриво качала ножкой. — Как раз сейчас мы хотим воспользоваться своим правом миловать преступников. Впрочем, это зависит только от вас, рыцарь.
— Ты сказал, что их судьба в твоих руках, — ехидно напомнила Дику принцесса. — Вот и решай! Их повесят, если ты откажешься от нашей помолвки. Или помилуют, если ты согласишься. Выбирай.
— «Помилуют» — это каторга? — холодно уточнил Дик.
— Нет, полное прощение, — заверил король. — Без урезания прав и имущества. Возможно, ссылка или изгнание за пределы королевства. Как скажет супруга, — он вопросительно посмотрел на жену. Та не торопилась отвечать, из-под полуопущенных век насмешливо глядя на Дика. На его скулах играли мускулы, локти остро торчали, кулаки наверняка сжаты, хотя этого не видно. Королева наслаждалась тем, что их гостю нечего возразить. Она всё-таки слишком мало знала Дика, хоть и слышала о нем в детстве.
— Что вы выбрали, рыцарь? — спросила она, когда молчание затянулось.
— А если мое согласие стоит дороже? — тихо, но от этого не менее непреклонно спросил Дик. — Заплатите?
— Смотря, какой будет цена, — король ничего не обещал заранее.
— Окончательной. Либо — да, либо сделка не состоится.
— И возможная публичная казнь двенадцати человек вас не переубедит?
— Нет. Кажется, страна на грани восстания? Казнь вашего родственника станет отличным поводом… а моя честь не пострадает. Всё к лучшему!
— Он не шутит, — вполголоса предупредила королева, внимательно наблюдая за Диком.
— Да, рыцарь, — кивнул король. — Помолвка будет на ваших условиях… если они не идут вразрез с нашими. Даю вам свое королевское слово, — он снял корону, поцеловав герб, и снова надел ее.