— Мистер Роберт, там партия Аткинсона вернулась! — отвлек Скотта от этих черных мыслей помощник Эванса Кэохэйн. — Чуть-чуть до нас вчера не дошли и поставили палатку на западе, под холмом.
— Ох, отлично, идем к ним! — облегченно вздохнул начальник экспедиции, бросаясь к двери. Аткинсона и его спутника Крина все ждали еще накануне: они ездили на берег, к кораблю, который, в свою очередь, тоже должен был вернуться после плаванья вдоль побережья Антарктиды. Уже через четверть часа все набились в маленькую палатку Аткинсона и накинулись на него с расспросами. Тот немного успокоил волновавшихся друзей, сообщив, что "Терра Нова" благополучно вернулась к мысу Скьюа и что все члены ее команды здоровы. Но и Роберт, и остальные путешественники сразу заметили, что отвечает доктор односложно и как будто бы неохотно. Да и Крин, который во время всего разговора отмалчивался, предоставив Аткинсону возможность рассказывать обо всем самому, выглядел довольно подозрительно и быстро заставил Скотта насторожиться.
— Атк, у вас еще какие-нибудь новости есть? — осторожно спросил Роберт, воспользовавшись паузой в разговоре.
— Есть, — тяжело вздохнул тот после едва заметной заминки и, отвернувшись, принялся рыться в своем мешке. — Есть письмо от Кэмпбелла. Они, когда плавали… В общем, вот оно, — он протянул Скотту чуть помятый толстый не заклеенный конверт. — Там все сказано.
Роберт проворно выхватил у него письмо и попытался достать из конверта сложенный вдвое лист бумаги, но делать это в рукавицах было ужасно неудобно и он, заторопившись еще больше, стянул правую варежку зубами и уронил ее рядом с собой на пол. Наконец, письмо было вытащено и развернуто, и мгновенно замерзшая рука Скотта задрожала, стоило ему прочитать первые строчки этого послания. Кэмпбелл писал о том, что на барьере Росса "Терра Нова" обнаружила стоянку экспедиции Амундсена.
— Что там такое? Прочитайте вслух, если можно! — сидевшие вокруг него полярники тоже неуверенно потянулись к письму.
Больше всего на свете Роберту в тот момент захотелось провалиться сквозь антарктический лед и оказаться где-нибудь в одиночестве, подальше от своих товарищей. Или отослать куда-нибудь их, а самому остаться в палатке. Чтобы никто не мешал ему самому прочитать и перечитать сообщение с корабля, чтобы ему дали хоть немного времени прийти в себя и привыкнуть к этой новости. Но как раз этого руководитель экспедиции позволить себе не мог.
— Сейчас, слушайте, — ответил он и, прокашлявшись, принялся читать письмо Кэмпбелла вслух. Тот писал о том, как, направившись на восток, "Терра Нова" неожиданно встретила другое судно, а при ближайшем рассмотрении оно оказалось "Фрамом" Фритьофа Нансена, на котором в Антарктиду прибыл Амундсен со своими людьми. Сам Кэмпбелл и еще несколько человек пообщались и с капитаном "Фрама" Нильсеном, и с самим Амундсеном, приехавшим на побережье с места своей зимовки. В письме кратко сообщалось о том, как соперник Скотта обустроился в своем лагере, рассказывалось о некоторых его спутниках и о многочисленных ездовых собаках, на которых он возлагал все свои надежды на достижение полюса. Писал Кэмпбелл сухим деловым языком, не высказывая никаких эмоций и никакого отношения к норвежским путешественникам, но чем дальше Роберт читал, тем сильнее ему казалось, что автор письма хвалит их и считает все их действия разумными и правильными. И тем больше закипала в нем злость — не столько на Амундсена и на остальных норвежцев, сколько на Кэмпбелла, который писал о них без всякого осуждения и даже мельком нигде не упомянул, что они вообще не имели никакого права находиться в Антарктике.
А к тому времени, когда Скотт дочитал письмо до конца, стало ясно, что слушатели испытывают точно такие же чувства. И если Роберт, приложив некоторые усилия, сумел сдержаться и ничем не выдать свое раздражение, то другие полярники, едва он замолчал, дали волю эмоциям.
— Что за черт?!
— Они все-таки здесь!
— Да как они вообще посмели сюда притащиться?!
— Приперлись в Антарктиду и поселились, как у себя дома!!!
— А наши-то хороши — в гости к ним пришли, разговаривали с этим дикарем! Еще, наверное, спасибо ему сказали и удачи пожелали!
— Пусть убираются в свою Норвегию!!! Нечего им тут делать, мы уже тут живем и склады все оборудовали! Это наша земля!!!