Сейчас это было позади, Лиза окончила и школу, и институт с красными дипломами и знала: несмотря на насмешки по поводу ее крошечного роста, ее уважают. Тот же Каток…
Единственное, что омрачало Лизе жизнь, — это то, что за все время, пока она работала, не случилось ни одного загадочного, увлекательного преступления.
Ни одного…
Все было ясным, понятным, даже голову ломать особо не приходилось.
Да, сослуживцы дали ей две клички — Лисистрата и Лисенок. Больше Лизе нравился Лисенок, намекающий на ее, Лизину, хитрость и аналитический ум. Но…
Для раскрытия бытовых преступлений не требовался аналитический ум. Вообще особого ума не требовалось…
Если пьяный Вася стукнул в порыве гнева ножом нетрезвую сожительницу, все и так ясно. А в основном Лизе почему-то перепадали именно такие дела. И получалось, что ничего интересного в ее работе нет. Сплошная рутина и куча бумаг…
Лиза даже начала подумывать, что в их городе не может быть ничего таинственного, загадочного, как вдруг оно и случилось.
Молодая женщина, стоящая перед ней сейчас с растерянным видом, утверждала, что никогда не давала убитому свой адрес. Хотя он действительно обращался к ним в частное детективное агентство «Картер» с просьбой проследить, кто подбрасывает ему письма с угрозами.
И Лиза всем своим существом чувствовала, что в этом деле все непросто, ох как непросто…
Она вся подобралась внутренне, как волчица перед решающим прыжком, и теперь ждала. Терпеливо ждала, когда эта дамочка придет в себя. Сначала от страха — потому что явно ждала увидеть здесь кого-то другого, а потом — от удивления.
Лизе показалось странным, что убиенный был знаком гражданке Лесковой. Хотя она и утверждала, что знает его только по работе. Убитый обращался в детективное агентство, потому что ему угрожали. То, что он при этом забыл о существовании милиции, Лизу не очень-то удивило. Если есть деньги, почему бы не обратиться к частным детективам?
Далее получалось странным, что этот «клиент частного сыска» прогуливался пешком. Значит, получалось, он шел к кому-то на встречу. Похоже было бы на ограбление — Лиза это не отметала, — но тогда почему, обчистив карманы, оставили эту бумажку с адресом? Ее бы выкинули. Или и в самом деле случайность? Листок был достаточно больших размеров.
Пока были только вопросы. Увы, вздохнула Лиза. Одни вопросы, и никакой ясности.
Дамочка — Лиза безошибочно определила ее как бывшую домохозяйку, с нежными, холеными ручками, хорошей косметикой, этакий гламур поблекший, — ничего объяснить не могла. Например, она и сама не могла понять, с какого перепугу жертве понадобился ее домашний адрес. Она предположила, что адрес ему дали в агентстве «Картер», но зачем?
Она работает секретарем, дел никаких не ведет, только вносит данные в компьютер, отвечает на звонки и поит клиентов чаем-кофе, если им приходится ждать…
Все крутится вокруг агентства этого, а значит…
— Поехали, — сказала Лиза, поднимаясь. — Попробуем выяснить все про этого вашего клиента с непроизносимым именем…
Ольга была на месте. Женя успокоилась сразу, как только ее увидела. Происходящее теперь стало казаться ей зыбким, случайным и вообще — сном. Если бы не присутствие смешной маленькой следовательницы рядом, Женя вообще постаралась бы забыть этот случай, именно забыть как сон…
Но она не могла отделаться от щемящего, неприятного чувства внутри. Как будто, прикоснувшись нечаянно к смерти, Женя впустила ее в себя, и теперь смерть не желала уйти. Она уютно расположилась в Жениной душе.
Женя устало опустилась в кресло и включила компьютер. Буквы расплывались, а мысли все время бродили вокруг голого и мертвого Исстыковича — теперь Женя вспомнила его фамилию.
Она даже нашла его данные в компьютере.
— Женечка, сделать тебе чаю? — участливо спросил Игорь, и в его участливости тоже было что-то ненормальное. Как будто Женя больна, смертельно больна.
— Нет, — покачала она головой.
— А кофе?
— Меня вытошнит, — честно призналась она.
— Это ничего, — сказал Игорь, присаживаясь перед ней на корточки. — Меня, когда я первый раз увидел труп, наизнанку вывернуло… Потом я целый вечер сидел и думал почему. Это же и мое будущее тоже…
— Именно поэтому, — мрачно усмехнулась Женя. — Иногда от собственного будущего тошнит.