- Какие же они назойливые, - выдохнула ведьма под нашими шокированными взглядами.
- Что твориться, а? – шёпотом усмехнулся мне на ухо вампир. – Но мы по делу! – уже громко заявил он всем.
- Я ждал этого начала, - угрожающе протянул Кроу.
- Знаю, но ваше императорское темнейшество может быть спокойно, ведь мы не с пустыми руками. – Кроу только приподнял бровь, - Лайра, доставай чертежи.
Секунду висела тишины.
- Ты должен был их взять! – спохватилась.
- То есть? - не понял вампир, - Я думал, ты их взяла.
- Ты серьёзно собрался врать джину?
- Попытка не пытка, - выдохнул он и достал из внутреннего нагрудного кармана чертежи Виолы, - Нам, императорское величество, нужно на пару часов одолжить у вас дворец взамен на это.
Император, он же Кроу, подался вперёд со злым огнём в глазах, пока его невеста спокойно наливала себе чашечку травяного чая.
- Я сделал вид, что не заметил укусов на шее Лайры и твоего звериного блеска в глаза, закрыл глаза на стражу и на нарушенной покой, но всё-таки позвольте поинтересоваться: за какой тьмой вам этот вонючий дворец?!
Кроу просто зверствовал. Думаю, причина в том, что демоны в первые месяцы семейной жизни очень раздражительны – они не любят, когда их отрывают от невесты, что мы, собственно, и сделали.
- Чайку? – спокойно предложила Ирби.
- О, я не откажусь, - тут же спохватилась, точно зная, что она делает лучшие отвары.
- Здесь цветок утренней зари, очень редкий, но, когда ты жена императора и живёшь в этом отвратительном дворце, для тебя есть всё.
Пока эти двое пытались найти точки соприкосновения мы обсуждали чай.
И тогда мы с Свариэлем стали объяснять всю сложившеюся ситуацию, рассказали всё в самых подробных мелочах. Ирбиона тут же потянула руку за чертежами – мы не сомневались, что они заинтересуют именно её.
- Конечно мы готовы одолжить вам дворец, по старой дружбе и всё такое, но я хочу быть наблюдателем этого всего.
- А я хочу убить того, кто сделал это с этой прекрасной девушкой.
Теперь нам понятно, как она продержалась здесь, в этом ядовитом клубке змей. Не нужно быть гением, чтобы знать, что Кроу и Ирби здесь только из-за долга императора – это обязанность императорской семьи, проживать во дворце.
- Всё будет в лучшем виде, - пообещали мы.
Меньше чем через час были разосланы приглашения для семьи Уольстофд, Вильемс и Сольер. Игнорировать печать императора им не удастся.
***
Вся гениальность нашего плана заключалась в его отсутствии. У нас была только идея столкнуть эти три семьи лбами, поставить их перед фактами, которых у нас было мало, но они были настолько сильны, что даже такой закалённой аристократии не удастся держать лицо, и точно они не смогут скрыть свои эмоции, которые я чувствую за версту. Удивительное дело, ведь мне всегда приходилось прилагать немало усилий, для полного прочтения других, но не сейчас. Все существа вокруг – открытые книги. Даже стражник, что известил нас о прибытии семь Сольер, был полностью обнажён передо мной: его метания между долгом и семьей никак не отражались на лице, но я уловила учтивость, страх и благоговение перед своим императором, но так же сильна была отцовская любовь, отчаяние и боязнь потери. Мне без труда удалось узнать даже природу этих чувств, будто читала не только эмоции, но и мысли.
Мы с Савриэлем даже не сомневались в раннем прибытии этой семьи, ведь не каждый день в императорский дворец приглашают простых горожан.
Дора ходила в холле из угла угол, будто рассматривала картины, но ни одна не была замечена ею: именно так выглядит зверь в клетке. Джош, её простодушный супруг, спокойно рассматривал каждый элемент дворца. Его я отмела сразу. Савриэль стоял рядом со мной, откуда мы незаметно наблюдали за ними.
- Только посмотри на неё, - говорил он, кивнув на Дору, - метается, заламывает руку, постукивает ногой, зыркает на мужа, как на идиота, вздрагивает от каждого шороха. Да это не волнение, это страх.
Это был он самый. Весь город уже знал о расследовании дела Вильемса, может из-за этого она так испугалась? Что-то скрывает?
Дворецкий открыл дверь и на пороге дворца появился мистер Вильемс в сопровождении неизменного Дрю. При его появлении Джош удивился, как и сам Вильемс, но они обменялись рукопожатиями, как мужчины не особо дружные, но что довольно долго работали вместе: каждый отнёсся уважительно. Но вот не столько страх, сколько ожидание чего-то неизбежного и ужасного повеяло от Доры.