Узнав, что раненый поправился и собирается вернуться в свой отряд, хозяйка дома пожелала знать, сколько у них осталась денег, и, когда ройт Ольгер назвал сумму, предложила сторговать у ее соседа пару мулов, если только ее постояльцы не побрезгуют подобными животными. Альк чуть не ляпнул, что согласен ехать даже на козлах, но Ольгер сохранил спокойствие и пожелал воочию взглянуть на тех животных, которых им намерены продать. Им показали стойло, где стояли два темно-бурых мула, ростом чуть побольше обыкновенного осла. Они казались не особо чистыми и пахли соответственно, но Альк от всей души надеялся, что Ольгер не откажется приобрести этих животных, даже если это худшие их всех когда-либо существовавших представителей этой породы. Осмотрев копыта мулов и бесцеремонно заглянув им в зубы, ройт заметил, что животные по меньшей мере вдвое старше, чем утверждает их хозяин, но он готов приобрести их за названную цену. Альк едва не подпрыгнул от радости. Как бы ни выглядели эти мулы, путешествовать верхом на них было куда заманчивее, чем пройти весь путь до Браэннворна на своих двоих.
На рассвете следующего дня они покинули деревню, и, отъехав на такое расстояние, с которого никто уже не мог бы их заметить, повернули в сторону Инсара.
- Думаю, дней через пять мы будем в Браэннворне, - сказал Ольгер, когда над долиной взошло солнце, и всадники перестали кутаться в плащи. - Что ты намерен делать дальше?
- То есть как?.. - не понял Альк.
- Да очень просто. Ты теперь свободный человек, и можешь делать все, что пожелаешь, вот я и решил спросить тебя о твоих планах.
Альк почувствовал, как по спине пополз противный холодок. А ведь и правда, он теперь свободный человек. Ольгер больше не вправе отдавать ему приказы - но, с другой стороны, кормить его и обеспечивать его жильем он тоже не обязан. Думая о возвращении в Инсар, Альк был уверен в том, что он останется при Ольгере, и только сейчас понял, до чего это нелепо. Ройт ему не родственник, не друг и не хозяин, да и вообще у них довольно мало общего. Наверняка в Инсаре их дороги разойдутся навсегда.
Альк ошарашенно смотрел перед собой, наматывая на кулак поводья мула. Пожалуй, если не считать первого дня в Инсаре и той злополучной ночи, когда он ударился в бега, он никогда еще не чувствовал такой растерянности. Хотя он провел в Инсаре уже почти восемь месяцев, он должен был признать, что вряд ли сможет выжить здесь без посторонней помощи.
- Боюсь, ты меня не понял, - сказал ройт, заметив выражение его лица. - Я вовсе не хотел сказать "проваливай на все четыре стороны". Даже совсем наоборот. Ты только что помог предотвратить вторжение в Фергану и, вдобавок, спас мне жизнь. Мне кажется, что будет только справедливо, если я, со своей стороны, помогу тебе добиться твоих целей. Ты ведь, кажется, хотел попасть назад, в свой мир?
Свиридов натянул уздечку так, что его мул задергал головой и протестующе взревел.
- Вы правда мне поможете?..
- Сделаю все, что будет в моих силах, - твердо сказал ройт. - Я много размышлял об этом, пока мне пришлось лежать в постели. Вспомнил твой рассказ про девушку-эшшари, перебросившую тебя в этот мир... Мне кажется, я тоже видел эту девушку. Она встретилась мне в первый же день после приезда в Лотар.
- И что она вам говорила?!
- Долго пересказывать, - поморщившись, ответил Ольгер. - Когда мы встретились, я посчитал ее обычной уличной гадалкой - женщины-эшшари знамениты тем, что могут заморочить голову кому угодно. Будь я поумнее, я бы сразу догадался, что та девушка - не то, чем кажется. Она довольно сильно отличалась от других эшшари. Это странное черное платье, словно она в трауре... И темно-синие глаза...
Альк чуть не подскочил в седле.
- Это она! Точно она!.. - воскликнул он. - Вы знаете, как нам ее найти?
Ольгер покачал головой.
- Если эта девушка - и правда та, о ком я думаю, мы ее не найдем. Ты слышал о Хозяйке Перепутий?.. Говорят, с ней можно встретиться только в том случае, если твоя судьба вконец запуталась и угрожает оборваться раньше времени. Тогда Хозяйка вынудит тебя пойти другим путем - якобы ради твоего же блага и для пользы окружающих.
- Хорошенькое "благо", оказаться сервом в чужом мире! - разозлился Альк. Этого только не хватало, оказаться жертвой персонажа из инсарского фольклора... - Кто дал этой мерзавке право распоряжаться моей жизнью?!
- Я не знаю, Альк, - устало сказал ройт. - Раньше я вообще сказал бы, что рассказы о Хозяйке Перепутий - просто сказки для детей. Но, с другой стороны, без твоей помощи мы не сумели бы расшифровать бумаги Эйварта и не предотвратили бы вторжение в Долину Ста Озер...
- Плевал я на Долину Ста Озер! Вы что, действительно не понимаете?.. Она украла мою жизнь! - перебил Ольгера взбешенный Александр.
- Я _понимаю_, Альк, - заверил ройт. - Собственно, именно поэтому я и хочу тебе помочь. Но согласись, обидно было бы потратить время на заведомо провальный план... Искать Хозяйку Перепутий бесполезно. Если она пожелает, то она сама тебя найдет, а если нет, мы только даром потеряем время. Думаю, нам следует отправиться в столицу, в Академию наук, и разузнать как можно больше о судьбе других иномирян. Возможно, тогда мы узнаем, как вернуть тебя в твой мир.
Альк несколько секунд обдумывал услышанное. Он уже почти смирился с тем, что никогда не попадет домой. План Ольгера, хоть и не гарантировал успеха, все-таки давал определенную надежду. Да и мысль о том, что не придется заниматься этим делом в одиночку, безусловно, грела душу. Если Ольгер говорит "нам нужно...", значит, он уже считает цель Свиридова своей. А зная ройта, трудно было усомниться, что он доведет намеченное дело до конца. С помощью Ольгера, прекрасно знающего этот мир и обладающего положением, деньгами и нешуточным упорством, можно справиться почти с любой задачей. Если рассуждать логически, Альк должен был испытывать такое облегчение, как будто бы у него с плеч упал не просто камень, а скала размером с Браэннворн. Но - удивительное дело - он совсем не чувствовал себя довольным. Более того - чем больше Альк пытался разобраться в своих чувствах, тем сильнее становилось его раздражение.
"Ольгер в своем репертуаре, - думал он, косясь на Хенрика. - Ну как же! Он передо мной в долгу, Инсар передо мной в долгу - как это кстати! Можно снова наплевать на самого себя и "делать все возможное" ради кого-нибудь другого... Лишь бы не позволить самому себе задуматься о том, чего хотелось бы лично ему. Все время долг, долг, долг! Инсар... присяга... слово офицера, тьфу! И как ему не надоело?.. - злился Альк. - Может, не стоило ему мешать тогда, в горах? Умер бы за отечество, получил бы свой треклятый белый обелиск - чего еще для счастья нужно?!"
- Альк, ты в порядке?.. - спросил Ольгер, который, оказывается, уже какое-то время ехал, развернувшись в седле почти боком, и непонимающе смотрел на своего попутчика. - Я спросил тебя, устраивает ли тебя мой план, но ты так ничего и не ответил.
- Все нормально, - буркнул Альк, отводя взгляд. - Отличный план.
Больше они почти не разговаривали, не считая обсуждения вопросов о привалах и о выборе пути. Горные тропы, которые сперва казались Альку очень живописными, в конце концов приелись ему до оскомины, так что Свиридов перестал смотреть по сторонам и большую часть времени бесцельно пялился на острые, стоящие торчком уши своего мула, предаваясь невеселым размышлениям. Первая вспышка раздражения давно прошла, и Альк спросил себя, чего он, собственно, хотел от Ольгера? Чтобы тот попросил его остаться?.. Ну и бред. Нужно было вконец сойти с ума, чтобы представить себе что-нибудь подобное.
На пятый день их путешествия Альк начал узнавать места, по которым они проезжали. Здесь их маленький отряд прошел в то утро, когда они уходили из Вороньей крепости. Альк проверил свою догадку, поделившись этой мыслью с Ольгером, и ройт кивнул - "Да, мы почти приехали. Скоро увидим Браэннворн". На повороте, за которым уже можно было различить Воронью крепость, всадники наткнулись на высокую белую стеллу, установленную на уступе так, что ее можно было видеть и с дороги, и из крепости. Альк удивленно заморгал - он был готов поклясться, что в то утро, когда они покидали Браэннворн, никакой стеллы здесь в помине не было. Он вопросительно взглянул на своего попутчика, но Ольгер выглядел таким же озадаченным, как и он сам. Подъехав ближе, Альк увидел, что на белом, словно алебастр, камне вырезано несколько инсарских слов.