В голове стучала только одна мысль: Я заставлю их заплатить. Я восстановлю справедливость.
— Я поговорил с Нортоном, мы написали весточку отцу.
Дыхание застряло в горле. Я не слышала, чтобы кто-то подошел. Когда я обернулась, то увидела бледного сероглазого принца Казимира, освещенного пламенем. Он опять отсвечивал оранжевым. Всего день назад я повела его в лес Ваэрг. Похоже, это решение было худшим в моей жизни.
— И что в этом хорошего? Как долго вам добираться до Цины? — с горечью сказала я.
— Три недели, — сообщил принц. — Но если ускориться, то немного меньше. Я приказал мальчишке все организовать.
— Он не пойдет в лес, как и всегда, — сказала я. — Он остановиться в Фондренкане, привлеченный местными юбками. И так всегда.
— Нет. Он выполнит мои приказы, а мой отец поймает Скитальцев и вернет мне Эллен.
— У тебя столько же шансов вернуть ее, сколько у меня — вернуть моего отца, — я все еще смотрела на пламя, ветер причинял боль глазам. Я закрыла их, пока они не начали слезиться.
Его плечи опустились.
— Не говори так.
— Но это правда, и ты это знаешь, — мы стояли в тишине и смотрели, как огонь растворяется в темноте. — Я ухожу. Я найду Скитальцев и перережу каждому глотку, отомстив за отца. Может, я доберусь до Эллен раньше, чем… — я не знала, что они хотели с ней сделать. Если они верили, что она — рожденная с мастерством, то они захотят использовать ее силы в своих целях. Но когда они поймут, что она соврала, у нее будут проблемы. А если они убьют ее? Это будет лежать виной на мне. В горле застрял комок. Я должна была помочь ей.
— Тогда я пойду с тобой, — сказал принц. Он повернулся ко мне. — Мы можем поехать вместе. У меня есть быстрая лошадь…
— Вы не можете ехать в лес Ваэрг. Вы принц, и у вас не осталось стражи. Ваша жизнь нужна королевству. А если вы умрете?
Его лицо побледнело, но он выпрямился.
— Я не боюсь ни смерти, ни леса. Никто мне не указ, я могу сам за себя решать.
Я покачала головой.
— Вашему отцу не следовало отпускать вас одного. Почему он не поехал с вами?
— Он занят, — насупился Казимир. Он пнул землю носком ботинка. — Данью, деньгами, всем этим. У нас становится все меньше стражи из-за… того, что мы не можем платить им, — он вздохнул. — Если бы он узнал, что я сказал это… хм, дитю из Хальц-Вальдена, моя голова уже висела бы на копье, хотя я и наследник. Потому я хотел жениться на Эллен. Она восстановила бы Красный Дворец, вернула бы ему прежнюю красоту. И мы бы снова производили драгоценности. Понимаешь, мастерство необходимо для работы замка без отходов. А сейчас он черным дымом загрязняет городской воздух. Но отец настаивает… Он говорит, что нам нужно больше бриллиантов… — он побледнел от того, что слишком много рассказал. Я не обратила на это внимания. Меня не волновал король и его секреты.
Я как-то смогла представить дворец, говаривали, что он был высотой в двадцать таверн. Я подумала о шестеренках внутри здания, что шумели. Как они двигаются? Как мое мастерство может заставить их работать?
— Вам понравилась Эллен? — спросила я. — Вы бы женились на ней, не будь она с мастерством?
— Да, — он не колебался. — Она прекрасна, и я, похоже, смог найти отклик в ее сердце. Я знаю, что мы не успели толком поговорить, но я что-то чувствую, понимаешь?
— Не совсем, — отозвалась я. — Но, может, вам стоит пойти со мной. У вас есть мечи, вы можете нести еду и помочь мне разобраться со Скитальцами.
Казимир мрачно кивнул.
— Отправляемся утром?
— Думаю, да, — слова немного успокоили меня, словно я взяла свою боль и переплавила ее в цель.
* * *
Я собиралась уехать поздно ночью, но с присоединением Казимира план пришлось менять. Сон в хижине без отца меня не радовал, потому я устроилась в соломе рядом с белым оленем.
— Зато у меня все еще есть ты, Анта. Ты ведь меня не бросишь? Ты, наверное, один из волшебных созданий, что никогда не умирают. Ты переживешь меня, — мысли убежали во тьму, я закрыла глаза, желая заснуть. И это случилось.
Я проснулась на рассвете и перекусила едой, что принесли мне жители деревни. Ничего не изменилось, я была в одежде для путешествия и осталась в ней, умыв лишь лицо и руки. Там, куда я иду, удобств не будет. Потому нужно использовать их сейчас.
Анта прошел за мной в сад, и я встала у его плеча, разглядывая все, что мне предстоит оставить: сад и овощи, костер, сундук с вещами матери, хижину. Поддавшись мгновению, я вбежала в хижину и принялась копаться в вещах отца, что принес мне Нортое. Мне нужно было забрать что-то, что будет напоминать о нем. Отец забрал трость. Я не могла отнять ее у него. Пальцы наткнулись на холодный металл, я обхватила предмет и вытащила на солнечный свет, чтобы разглядеть. Анта храпел за моей спиной.