Меж чёрным и белым оттенков несметная тьма,
Контраст – лишь иллюзия, органов несовершенство.
И каждый рассвет для живого созданья – блаженство,
А каждый закат – сердца трепет и снов кутерьма.
Тьма, всё поглощая, ведёт нас сквозь царства теней,
Свет, всё отражая, слепит и лишает нас зренья.
Наш мир между ними, как радуги в каплях дождей,
А всё остальное – туманный мираж озаренья.
Судьбу испытывать не стоит,
Она подруга ещё та,
И вас порой весьма расстроит,
Вильнув лишь кисточкой хвоста,
И изменив в мгновенье ока
Всё то, что строилось года…
Она бывает и жестока,
И милостива не всегда.
Когда бы знать – как обернётся:
Надеждам нашим в унисон,
Или осколками вопьётся,
Крутнув событий колесо?!
Мы часто невпопад вздыхаем,
И плачем из-за ерунды,
И где попало оставляем
Свои небрежные следы.
Но невозможно знать заранее,
Иль жить – так словно и не жить…
Смешно и странно осознание,
Когда его не применить.
Кто бежит по воде. Кто летит в облаках.
Кто бредёт по земле, под дождями, в снегах…
Что вблизи?! Что вдали?! Где какой поворот?!
Где ромашки цвели – стынь бобровых болот.
По холмам, по горам – всюду моря следы.
Где пылали вулканы – кристаллы слюды.
Осыпаются горы от ветров и корней.
Всё нисходит неспешно в копилку теней.
Можно сколько угодно эти знаки читать,
Но по ним ни концов, ни начал не узнать.
Подступают грёз виденья.
Словно бы из дали дальней,
Снова слышу птичьи пенья,
С отголосками рыданий,
Смех и уханье, охоту
Всё ведёт ночи царица.
Исчерпав почти всю квоту.
Скоро влага воспарится,
Всё оденет в флёр туманов,
Разлетаясь облаками,
Будто брызгами фонтанов
Крася травы под ногами.
Воробьи пригладят перья,
Обогретые зарёю…
Только никогда ту дверь я
На балкон уж не открою.
Заплетает дождик нити,
Навевая давний сон,
Только мне уже не выйти
Никогда на тот балкон,
Не открыть ключами двери,
Маму не поцеловать…
Жизни горькие потери
Нелегко переживать.
Затянул песок забвенья
Дней былых остывший прах,
Усмирив сердец биенья…
И развеялся в ветрах,
Душу погружая в стужу
Отмелькавшего бытья,
Снова оголив наружу
Прежних болей острия.
Стволы деревьев выше, выше.
Всё дальше, дальше от земли.
Их кроны, как большие крыши,
В небесной светятся дали.
И чем быстрее истекает,
Сгнивая, старая листва,
Тем больше силы набирает,
Вздымаясь кверху, мощь ствола.
Одно, но не одно и то же!
Другое, но в одном лице…
Жизнь все различия итожит,
Для каждого, в его конце.
Осенним дымом стелются года.
И мы грустим об этом иногда,
А чаще мы о них не вспоминаем,
Свои дела обычные решаем,
Тоскуем, любим, ревность затаив.
Всё также нас волнуют рек разлив,
Прекрасные творения природы,
Хотя короче стали все походы
И многое уже труднее нам,
Но помыслы уносят к облакам.
Душа всё та же, сердце не остыло,
Вот разве состраданье накопило.
Каплей металла в оплавленных днях,
Жизнь отсверкала, как ёлка в огнях.
Время тянулось в тупых ожиданиях,
В очередях, кабинетах, собраниях,
На остановках и лентами трасс,
Не оставляя себя про запас.
Время летело по горным отрогам,
Под рюкзаком по размокшим дорогам,
Мчалось, петляя грибными лесами…
Всё отгорело. Оплыло слезами.
Сузилась жизнь до привычности дней,
Только Душа ищет выхода в ней.
Я погружаюсь в птичьи пения,
Ветвей сплетения, цветения,
Я оставляю боль и быт,
Весь ужас жизни мной забыт,
Пусть и на краткие мгновения.
И возвращаюсь. Жизнь одна
И эрудитам, и невеждам…
Вновь будит чувств поток весна -
Могильный камень всем надеждам.
Так юности стремителен разбег:
Леса, поляны, горные озёра…
Быстрей, сильней… влюблённость, добрый смех,
Доверчивость и нежность, без разбора.
Нас молодость впрягает в постромки
И хлещет за огрехи и ошибки,
И тех, кто нам не протянул руки,
Мы судим, и встречаем без улыбки.
Но, когда гребень перешли года,
Вся жизни беспощадность нам понятна,
Жалеем всех и каждого тогда,
И тех, с кем нам общаться неприятно.
Нас красота пленяет, каждый раз