Только тонкий налёт золотящейся пыли,
Наших чувств милосердный обман.
Между сном и не сном, словно занавес рвётся,
Свет пылает под пологом век,
То ли мозг, над собой изгаляясь, смеётся,
То ли быстрых видений разбег.
Не понять, не узнать, не добиться ответа.
И незнанье, и знанье – страшит.
Хорошо или плохо постичь, что есть где-то
Дом извечный для нашей Души?!
И что сердцу с того, что когда-то вернёмся,
Если прошлого в будущем нет?!
В паутине вопросов по-детски мы бьёмся,
Принимая прозренье за бред.
По острой кромке жизни, в никуда,
Скользим за поколеньем поколенье,
Стекая, словно талая вода,
Стирая за мгновением мгновенье.
Пылая, как звезда в рожденье новом,
Пульсируем в переплетеньях сил,
Сгорая с каждой мыслью, действом, словом…
И прогорим. И словно и не жил.
Живите легко, беспечально, красиво,
Свободны в полёте, как дикие птицы,
Любуясь на жизни волшебное диво,
Где космос вращает свои колесницы!
Смешайте наивно все чувства и краски!
Найдите ответы на грани сознанья!
Творите, с улыбкой, чудесные сказки
И верьте, что сбудутся ваши желанья!
А после, когда успокоится память
И время представит свои аргументы,
Вам в Души никто не сумеет наспамить,
Там будут царить только счастья моменты!
Неважно, что было! Неважно, что будет!
Мы все – однодневки, длинною в столетье!
Нас, словно цветы, этот мир позабудет,
Оставив плоды, приходящим в наследье.
В каждой шутке есть доля…
Что б и когда о нас ни говорили,
Но мы, подспудно, двигаем прогресс,
И мир цивилизаций породили
Таинственной вибрацией сердец.
Как ни пытались нас подмять мужчины,
Используя, но задвигая в тень,
Мы храбро все осилили вершины,
Выстраивая каждый новый день.
И хоть совместно этот мир мы строим,
Суть женщины – волна, буран, огонь!
Я верю: и коня мы остановим!
Вот только пусть крылатым будет конь,
Чтобы, отбросив длинные сомненья,
Приняв с улыбкой правила игры,
Летели с ним на крыльях вдохновенья,
В чарующие новые миры!
Мы жаждем и любви, и приключений!
Нам несомненно нужен наш кумир!
Тепло прекрасных соприкосновений!
Природы буйство! И конечно – мир!
Он рассказывал долго мне сказки,
Мол с таких и ваяют скульптуру,
Про мои изумрудные глазки,
Блеск волос, форму носа, фигуру…
Но уже наступала развязка,
Мой автобус вдали показался.
Так внезапно закончилась сказка,
Я уехала, а он остался.
Вот, поймала, словно птичку,
Я читаемого суть.
«Мама, ну ещё страничку,
Две минуточки, чуть-чуть…»
Странно тянется интрига…
Только мамы уже нет.
И передо мной не книга,
Многоглавый интернет.
Голова давно седая,
Спать себя гоню сама я.
Трубы все дырявые.
Воды в кранах ржавые.
По такому поводу
И идём мы по воду.
Я ль у мужа в поводу?!
Или я его веду,
Взяв рюкзак на плечи?!
Вместе вдвое легче,
И не только по воду,
А по любому поводу.
Сегодня не пойду я в магазин,
Устрою однодневный карантин.
Пол словно лёд. На улице плюс двадцать.
Так холодно сидеть по кнопкам клацать.
Открытое окно не помогает.
Климат контроль себя лишь согревает.
Ему тепло под самым потолком,
А здесь внизу лишь холод пауком.
Уж лучше я в постель, под одеяло.
Но ни чуть-чуть теплее мне не стало.
И раз не получается согреться,
То надо просто-напросто одеться,
И чем-нибудь полезным да заняться,
А не в постели, как дурак, валяться.
Лежу и мерзну, мыслью дозревая,
И тихо, незаметно, засыпая.
Огромная бескрайняя равнина,
Повсюду горы, значит полонина,
Покрыта, с ледяною коркой, снегом,
Сливаясь кое-где с бездонным небом.
Скользит. Хрустит. До крови режет ноги.
Но уже солнце золотит отроги
И облако, словно весенний сад,
Безудержно притягивает взгляд.
Взлетаю, чуть рукой его касаюсь,
И падаю. И вздрогнув, просыпаюсь.
Подъём тяжёл был, долог, очень крут.
Смешно. Сон длился ровно пять минут.
И раз не получается согреться,
То надо просто-напросто одеться,
И чем-нибудь полезным да заняться,
А не в постели, как дурак, валяться.
Лежу и мерзну, мыслью дозревая,
И тихо, незаметно, засыпая.
Тоскливая бескрайняя равнина,