И нас к впаденью в детство приближает.
[Игорь Рязанцев
Как избегнуть душевной муки?!
Исстрадался я-нету сил!
У меня есть сильные руки
И на них бы я Вас носил.
Взор у Вас и веселый и строгий,
Он пронзает меня, как кинжал.
У меня есть сильные ноги
Я б за Вами на них бежал.
Почему ж я Вас раньше не встретил?
Видно зря я на свете жил.
У меня есть доброе сердце,
Я бы Вам его предложил.
И на наши счастливые лица
С восхищеньем народ бы глядел,
У меня есть две ягодицы,
Я б на них рядом с Вами сидел.]
Мой «перепев»:
Как избегнуть душевной муки?!
Исстрадался я-нету сил!
У меня есть сильные руки
Я давно бы Вас придушил.
Взор у Вас и веселый и строгий,
Он пронзает меня, как кинжал.
У меня есть сильные ноги
На край света б от Вас убежал.
И зачем я Вас только встретил?!
Так неплохо на свете жил.
У меня было доброе сердце,
Вам беспечно его предложил.
И на наши счастливые лица
С восхищеньем глядит народ,
Что вы хищная, как волчица,
Я скрываю который год.
Но однажды, когда завьюжит,
И метели, как соловьи,
Завяжу свою боль потуже
И опять Вам признаюсь в любви.
Детская страничка
Он новый телефон просил.
Но мать сказала: Где взять сил
На дом работу, магазины?
Ведь день отнюдь не из резины,
Его, увы, не растянуть,
Мне некогда и отдохнуть.
Сынок сказал: Спокойно, мам,
Я в доме приберу всё сам.
Ведь я уже совсем большой,
А в школе завтра выходной,
Для первых классов, на заре,
Одна линейка во дворе,
Затем экскурсия в музей,
Вот и конец учёбе всей.
Друзья пошли гулять гурьбой,
А он отправился домой.
Но чем же грязь ему стирать,
Все тряпки выстирала мать.
Полез он в чистое бельё,
Взял полотенчико своё,
Почистил им у стульев ножки,
Затем, из раковины, ложки,
Потом ботинки и сапожки,
Потом тарелки им протёр
И положил под хлеб на стол,
Не важно, что немного криво,
Не видно пятен и красиво.
Конечно мама будет рада,
Вот-вот она придёт сейчас,
Подарит плитку шоколада,
Машинку и крутой девайс.
На площадке детский смех,
Кто ловчей, спортивней всех,
Кто быстрее и прыгучей…
Только Катя смотрит тучей,
Ей не весело совсем:
«Не мешайте мне! Я ем!»
На газон в тени скамьи
Налетели воробьи,
Опустились в зелень трав,
Насекомых распугав.
Скрылась в солнце стрекоза,
Блеском крыл стрельнув в глаза.
Богомол с листочком слился,
Стебелёчком притворился.
Лишь зелёный листоед
Продолжает свой обед,
И жук-божия коровка
Тлей зелёных ловит ловко,
Если склюнет воробей,
Тут же выплюнет скорей
И запомнит навсегда:
Это – не его еда.
На островах Японии васаби процветает
И всех, кто его кушает, здоровьем наполняет.
А бедному валлаби живётся нелегко.
Но не едят валлаби
Полезного васаби,
С Австралии в Японию им плавать далеко.
– Что ты скрючился, как кран,
Даже глаз не видно?
– Дразнят все меня «баклан»,
Это так обидно!
– Посмотри, как я хорош!
Лучше крыльев не найдёшь,
Мчусь в воде ракетой!
Назовут тебя «баклан»,
Улыбнись в ответ, пацан,
Гордой кличке этой!
Рисовать – легко и просто.
Карандаш заточим остро,
Тонкий контур наведём,
А затем другой возьмём,
Прорисуем им детали,
Чтоб рисунок узнавали.
Два кружочка – снеговик.
Всё изменят ушки вмиг:
Если бусинки-глаза,
Будет мышка-егоза,
Сделаем побольше глазки -
Выйдет добрый кот из сказки,
Увеличим раза в два
И получится сова,
Хвост добавим мы для белки,
Медвежонку – когти-стрелки,
Крутость рожек для быка…
Сто рисунков – из кружка!
– Мама, Дед Мороз придёт?
Мне подарок принесёт?
– Может и зайдёт, не знаю,
Я его не повстречаю:
Днём нет времени мне ждать,
А ночами надо спать.
– Мама, можно мне не спать,
Дед Мороза подождать:
Попрошу большого мишку,
И в цветных картинках книжку.
Тихо. Ночь. Все спят давно.
Месяц смотрится в окно.
Вскрикнула ночная птица.
Заскрипела половица.
Тихо в спальню входит мать,
Переносит на кровать
Задремавшего сынишку,
Садит плюшевого мишку
У подушки малыша,
И уходит не спеша.