Когда я все-таки, с большим сожалением, вылезла, обнаружила пару простыней, теплых, как будто только что согретых. В одну из них я обернулась целиком, а второй вытерла и подсушила волосы.
Рядом с огромным зеркалом высился туалетный столик, светлый и изящный, как и все вокруг. На столешнице аккуратно были разложены и расставлены совершенно замечательные вещи: серебряная расческа, ленты и заколки для волос, множество витых стеклянных флакончиков. Ну-с, посмотрим, что тут у них!
Когда я вернулась в гостевую залу, гномы тоже выглядели значительно посвежевшими, чистыми, даже немного умиротворенными. Мое появление произвело фурор. Кили, разумеется, подскочил ко мне и принялся зачем-то по одной приподнимать прядки моих волос, словно искал под ними бриллианты. Ори подошел и с опаской потрогал струящийся чуть ли не до пола рукав серебристого цвета туники, которую мне предложили эльфийки и закрепили аккуратно слишком длинный подол так, что он образовывал красивые складки. Двалин сложил руки на груди и смотрел неодобрительно. Торин бросил только один взгляд и тут же с фырканьем отвернулся. Фили расправил пальцами свои усы и хмыкнул. Зато Гэндальф улыбнулся. Бофур неодобрительно покачал головой. Реакция всех остальных была резко отрицательной. Кили чуть ли не ткнулся носом мне в шею и заявил:
— Фув! Чем ты пахнешь?
— Ну, прекратите! — я оттолкнула и Ори и Кили, и даже топнула ногой. — Это роза, мистер гном, дикий шиповник, белая лилия и какой-то эльфийский цветок, названия которого я не запомнила! Чем тебе не нравится?
— Ты выглядишь как эльф! — возмутился Кили. — Только уменьшенный в два раза!
— Вполовину! — обиделась я. — Я вовсе не такая маленькая! Я даже выше Бильбо!
Тут в залу вошел Линдир в сопровождении двух стражников.
— Прошу вас, проходите за мной, — объявил он.
Я кокетливо поправила волосы, ставшие после эльфийской ванны мягкими, как шелк. Эльф не преминул отметить это мое движение и послал мне легкую улыбку. Я с удовольствием зарделась. Последний взгляд в зеркало мне очень даже понравился, так я знала, что сейчас выгляжу превосходно. Хотя… по сравнению с самим Линдиром и любой из эльфиек…
Пуф! Что-то я все вообще не о том! Я догнала Гэндальфа, шедшего позади Линдира и тихо спросила:
— Мистер Гэндальф, а можно мне будет поговорить с владыкой Элрондом… ну, насчет… моей… хмм… истории?
Вот интересно, а у эльфов бывают провалы в памяти?
— Я думаю, можно, — ответил Гэндальф.
В обеденном зале Гэндальф и Торин были приглашены за стол Элронда, а все остальные, в том числе, я, сели за отдельный стол. Гномам угощение не понравилось, потому что не было мяса, а мне просто было не до того, что и как я ем. Я сидела вся на иголках, дожидаясь конца этого чертовски длинного ужина. А вот гномы ничего не ждали, они просто брали все в свои руки. Во всех смыслах.
— Ну и унылая музычка! — выдал Бофур. — Между прочим, для хорошего пищеварения первое дело — правильная песня. А от этаких завываний у меня несварение сделается.
Эльфийки с арфами недоуменно переглянулись. Назвать их чудесную музыку завываниями?
Бофур прошелся прямо по столу и перепрыгнул на изящный табурет. За столом Элронда, Гэндальфа и Торина стало тихо, все трое уставились на Бофура. Торин — с неожиданной хитринкой в глазах, Гэндальф — одобрительно, но чуточку стыдливо, а сам владыка Элронд… а кто его знает, что себе думают эти эльфы! И Бофур запел:
— Ееееесть трактир, есть трактир,
Веселый трактир,
Всю ночь до утра там пир!
Такое пиво варят там,
Что лунный лик спустился сам,
Чтоб отведать тот эликсир.
У конюха жил пьяный кот,
На скрипке он играл
Водил туда-сюда смычком,