— Вот ты и подумай, чего, — захихикала Анна. — Между прочим, сколько я общаюсь с иностранцами, еще никто не отгадал! Вот и посмотрим, справишься ли ты.
— Так ты мне сейчас не скажешь ответ? — возмутилась Миранда.
— Конечно, нет! Какой же тогда смысл? Ну, давай, я уже подъезжаю к аэропорту! Скоро встретимся!
— Удачного полета! — пожелала Миранда подруге и положила трубку.
Затем она вернулась к разложенным на столе эскизам костюма Электры для новой постановки самого эпатажного швейцарского театрального режиссера Андреа Листи. Тут требовалось нечто экстраординарное, но при этом укладывающееся в привычную концепцию образа… Миранда взяла в руки карандаш и повертела его, задумчиво глядя на четыре варианта традиционного балахона. Это все не то…
Миранда бросила карандаш на стол и, встав, прошлась по комнате.
Как же разбудить вдохновение? Может, почитать что-нибудь? Миранда подошла к книжной полке, на которой вперемешку стояли книги, лежали журналы и диски с фильмами. Миранда машинально поправила лежащий на самом краю высокой стопки диск, да и сняла его, любуясь на обложку. Это был двухсерийный фэнтези-фильм «Туманы Авалона». Один из ее любимых фильмов. Нетрадиционная трактовка артурианы с точки зрения Феи Морганы. Самая яркая сцена в фильме навсегда врезалась в память Миранды: темная пещера, ритуал плодородия, в котором участвуют Моргана и ее брат Артур, оленьи покрывала, свет факелов…
Как соединить в костюме Электры неторопливую величественность древности и мятежную тягу к современности?
Миранда провела кончиками пальцев по корешкам книг. Толкин — полное собрание, включая книги, изданные под редакцией его младшего сына уже после смерти создателя Средиземья, Хобб, Райс, несколько книг Кунца, первая часть «Песни льда и пламени» Мартина. Сборник сказок народов мира. Самые короткие рассказы из этого сборника Миранда уже читала Оливии на ночь. Егозливая девочка, именно из-за этого своего качества названная стрекозкой, с трудом укладывалась спать, что днем, что вечером, а голос матери ее хоть чуть-чуть успокаивал.
Миранда выудила с полки сборник европейской поэзии 18 века. Странно, что эта книга стоит здесь, ведь любителем стихов в семье Морган был Джефф. Миранда открыла книгу наугад.
ЖАН ОВРЭ
КТО ОН?
Кто он, бунтующий и гордый человек?
Увы, всего лишь дым, и ветер им играет.
Нет, он не дым – цветок: его недолог век,
В час утренний расцвел, а к ночи умирает.
Итак, цветок… О нет! Поток бурлящий он,
Ждет бездна черная его исчезновенья.
Так, значит, он поток? Нет, он скорее сон,
Вернее, только тень ночного сновиденья!
Но может хоть на миг тень неподвижной стать,—
В движенье человек, покуда сердце живо;
Сон может истину порою предсказать,
А наша жизнь всегда обманчива и лжива.
В потоке новая начнет журчать вода,
Что из источника не иссякая льется;
Коль умер человек – он умер навсегда,
Подмостки бытия покинув, не вернется.
Хотя цветок и мертв, растенье не мертво:
Весной украсится опять оно цветами;
Но умер человек, – страшны цветы его
И называются могильными червями.
Едва утих порыв шального ветерка,
Срастаются клочки разорванного дыма;
Но душу оторвать от тела на века
Не стоит ничего, а смерть неотразима.
Так кто ж он, человек, столь чтимый иногда?
Ничто! Сравненья все, увы, не к нашей чести.
А если нечто он, так суть его тогда —
Дым, сон, поток, цветок… тень. – И ничто все вместе.
— Шиповник расцветает на рассвете, — однажды Джефф осторожно обломал шипы и заложил Миранде за ухо веточку с нежными зелеными листочками и крохотными бутончиками.
— Как и многие другие цветы, он приветствует новый день, — Миранда тогда тут же сочинила короткую сказку, которую позже изредка читала Оливии на ночь.
Среди журналов были только специальные дизайнерские издания и мистика. Целая серия журналов о загадочных и таинственных явлениях.
Эта комната была ее маленьким уголком в доме, так же, как и рабочий кабинет принадлежал целиком и полностью только Джеффу. Яркие цветные стены, удобное кресло у большого стола, тяжелые занавески, ниспадающие складками до самого пола, софа, застеленная клетчатым пледом — Миранда любила иногда поспать днем, почему-то во сне вдохновение приходило чаще. Комната Джеффа выглядела иначе — тоже большой стол, но на нем установлен станок для резки металла, в маленьких отделениях ящичка по всем правилам хранятся благородные металлы, драгоценные и поделочные камни. Специально для Джеффа в доме была установлена особая сигнализация, ювелиру работать в доме без сигнализации невозможно. Хотя частные заказы поступали не так уж и часто, иногда Джефф любил поработать над тем, что просто пришло ему в голову. Создавать красивые вещи он любил. В этом они с Мирандой были похожи.