А потом смерть их родителей. Когда вернулся домой, словно попал в ад, жена похожа на восставшего мертвеца, но продолжала молчать и улыбаться ему. Дети постоянно плачут. Елена постоянно с ними по поликлиникам. А он? А он старался спрятаться в свою раковину, чтобы быть в тишине и спокойствии.
А потом появилась Иветта. Его любимая девушка, которую он любил тогда, восемь лет назад всем сердцем и мечтал о ней. Он держался почти три месяца, а потом тот день, их страсть на его рабочем столе.
И тут Виктора пронзила мысль. Прошло три месяца с того самого дня, когда он был с ней без защиты, все остальные разы были только с защитой. Значит, беременность уже три месяца? Он вспомнил, что когда Елена носила их детей, то в три месяца у нее был уже небольшой животик. Да и с Аринкой мучил жуткий токсикоз. А у Иветты ни токсикоза, ни живота. Его руки, обнимающие девушку перед отъездом не почувствовали ничего. И потом вспомнил, как он нашел у нее на кухне в помойном ведре бутылку красного вина, но не придал этому значение.
Какая-то неприятная мысль поселилась у него в голове и не давала покоя. Потом понял — беременные себя так не ведут. И Иветта ни разу не говорила ему, как сходила в клинику, не показывала ему снимки, не жаловалась на свое состояние, только плакала и умоляла не бросать ее и их будущего ребенка, который должен родиться в полной семье. Он помнил, как они вместе с Еленой плакали, когда рассматривали в этом серо-белом непонятном на снимке УЗИ крошечную горошинку, как она трепетно хранила этот первый снимок их ребенка. А Иветта?
И еще мысль зашла к нему в голову, которая просто пинками раскидала весь его розовый зефир, который поселился после появления Иветты. Деньги. Если Елена и ее родители отдавали ему все, помогали, поддерживали и потом Елена старалась экономить на всем, то Иветта только и делала, что просила деньги на свои «хочу купить». За полгода он потратил на нее больше полумиллиона. Он на свою жену никогда столько не тратил. Наверное, за все время их совместной жизни потратил половину из этой суммы. Она никогда ничего не требовала, все, что у нее было, осталось от прежней жизни с родителями. Он видел, куда она тратит деньги, отчеты из банка ему приходили регулярно. Все ему и семье, себе ничего.
Он снова с силой закрыл глаза, чтобы развидеть то, что сейчас всплывало перед его внутренним взором. Он повелся на яркую картинку и свои юношеские переживания, свой первый секс. А разве у них с Еленой было хуже? Да нет! Они вместе улетали в небеса, сжимали друг друга в объятиях, сгорали и возрождались вновь. Только потом это куда-то все делось.
Сжал зубы с такой силой, застонал, что даже на него покосился сосед по креслу. И еще одна неприятная мысль с ноги ворвалась в его голову - «Зачем сейчас появилась Иветта?». Он не был ей нужен, когда у него ничего не было, когда он трудился у дяди за сущие гроши, которых только и хватало на еду, когда он становился на ноги, пытаясь создать свою фирму и которую создал только благодаря помощи тестя и деньгами семьи Елены.
Чуть больше четырех часов личного ада под небесами выжгли его душу. Когда его в аэропорту Норильска встретили представители поставщика, он попросил отложить встречу на завтра, сослался на головную боль и плохое самочувствие. Сегодня он ни на что не был готов. Мог сделать только одно — сдохнуть.
***
Переговоры шли трудно, но удалось разрешить все острые вопросы. Во время переговоров телефон Виктора пиликал входящими сообщениями, но он не стал смотреть, чтобы не отвлекаться. Он и так с трудом заставил себя сосредоточится на рабочих вопросах. Когда они пожали друг другу руки, договорились встретиться на следующий день, чтобы успеть внести поправки в ранее заключенные договоры, Виктор вышел из переговорной и достал телефон. Там висело куча сообщений от секретаря, шесть сообщений от Иветты, которые он даже не просмотрел, и одно из банка о снятии наличных с «хозяйственной» карты, которую он оформил для Елены. Были сняты почти все деньги, осталось только десять рублей. Он ничего не понимал, зачем она столько сняла, хотел ей позвонить, но передумал.
Его подвезли до гостиницы, он поднялся в свой номер, принял душ, завалился на кровать и снова достал телефон, перечитал сообщения. Секретарь докладывала о выполненных заданиях. Она каждый день докладывала ему, получала новые задания. Сегодня он скинул ей предложения клиентов, чтобы юристы смогли подготовить поправки до завтра. А вот Иветта просила перевести ей триста тысяч. Причем это скорее напоминало требования - ни «прошу», ни «пожалуйста», просто «Дорогой, переведи мне 300 тр. Люблю». Он набрал девушку.