Я замечаю, что размер туфель Эйл и Фентона одинаковый, но у Фентона они не такие поношенные. Значит, он отдаёт Эйл те, которые самому надоедали. И рубашки она за ним донашивает, теперь я понимаю, откуда этот лимонный цвет.
Миссис Найт не готовилась к приходу гостей, хотя Эйл ждала ещё два дня назад. Мне не так часто приходится видеть миссис Найт смущённой. И это не то смущение, которое легко прикрыть улыбкой.
-- На что придумали телефоны? -- шепчет она мне, провожая Эйл с Фентоном на кухню.
Там Фентон сразу кидается к дереву, хлопает ладонью по стволу, и, я не могу расслышать точно, но вроде бы говорит: "Привет, дружище!". Интересно смотреть на Эйл. Намного интересней, чем в первый раз. Она хмурится, краснеет и следит за Фентоном, как нервная мамаша за кучей бешеных детей, которых рискнула выгулять в парке. Эйл явно стыдится своего брата, и через некоторое время я вижу, что он явно играет на её нервах. Его не настолько волнует дом, как он это показывает. Когда миссис Найт подаёт чай и вчерашние булочки, Фентон засыпает Эйл вопросами:
-- Они тоже живые?
-- Им не будет больно, если я откушу?
-- А как пить чай? Чашка не подумает, что я домогаюсь её?
Эйл отвечает тихо, но жёстко:
-- Хватит.
-- Перестань.
-- Не позорься.
Перед приходом они, наверное, поссорились. Фентон навязался, Эйл не хотела его брать с собой. Возможно, она вообще все эти дни скрывала происходящее. Каждое утро вставала рано и притворялась, что едет на работу. А сегодня на чём-то прокололась, и Фентон выпытал правду.
-- Если у тебя есть вопросы, -- говорит ему миссис Найт, -- задавай их мне, не стесняйся.
-- Ой, у меня миллион вопросов!
-- Я же тебе всё уже рассказала, -- говорит Эйл. -- Ты целое утро донимал меня, а теперь у тебя ещё вопросы появились?!
-- Ну ты же не ответила про булочку.
-- Потому что это тупо.
-- Мы в гостях, не ругайся.
-- Ты вообще, что ли?! Я ругаюсь?!
-- Не надо сразу орать.
-- А ты не беси.
Они говорят отрывисто, не глядя друг на друга -- каждый уткнулся в свою тарелку, ест булочки, пьёт чай. Такое общение для них привычно, повседневно. Я бросаю взгляд на миссис Найт, та рассматривает чайник, приложив к губам пальцы.
-- За каждое слово за столом, -- говорит она медленно, -- я бью ложкой по лбу.
Эйл с Фентоном синхронно поднимают головы.
-- Извините, -- говорит Эйл. -- И за него тоже, а то сам он не способен...
-- Ну конечно! -- Фентон вскидывает руку, и мне на секунду кажется, что он ударит Эйл, но он гладит её по голове. -- Не выставляй меня дураком, сестричка.
Она отмахивается.
-- Не будь дураком.
Миссис Найт снимает с крючка над столом деревянную ложку, привстаёт и лупит по лбу Эйл, а следом Фентона. Оба дёргаются, потом переглядываются.
-- Она мягкая! -- говорит Фентон.
-- Потому что дом никогда не обижает своих хозяев, -- отвечает миссис Найт, вернув ложку на крючок. -- И вы не смейте его обижать.
-- Извините, -- говорит Фентон. -- Дом просто чудо, я...
-- Льстить тоже не надо. Здесь действительно полно чудес, вам хватит лет на десять.
Миссис Найт пристыдила их так хорошо, что они не раскрывают ртов до конца чаепития. Фентон глазеет по сторонам. Он как будто спешит разглядеть всё сразу и не знает, с чего начать. А Эйл смотрит чётко в свою тарелку и жуёт так, словно ест вместо булки злость на Фентона.
Вторым пунктом в культурной программе экскурсия по дому. Они начинают с Вязаной комнаты, точнее, Фентон бросается туда прямиком из кухни, а миссис Найт и Эйл следуют за ним. Он щупает все вещи и расспрашивает о каждой.
Зайдя в Газетную комнату, Фентон сразу говорит, что будет здесь жить. Эйл его одёргивает:
-- Мы ещё не собираемся переезжать.
-- А чего тянуть?
-- Действительно, -- говорит миссис Найт. -- Нас трое, и комнаты три, а мальчик живёт в кладовке.
-- В Деревянной комнате, -- говорит Эйл. -- Там, где мне придётся ночевать.
-- Не дуйся, дорогая, -- отвечает миссис Найт. -- Комната уже выбрала тебя.
-- Ну, конечно. Всё за меня решили.
-- Ворчишь, как старуха, -- говорит Фентон. -- У тебя всё чёрное, даже белое.
Они снова сцепляются. Эйл упрекает Фентона, что он всё делает ей назло. Если бы она хотела жить здесь, Фентон точно бы заартачился. А раз она не хочет, то он только об этом и мечтает. Ещё она говорит, что Фентон, когда узнал о доме, чуть не смахнул с потолка люстру, так прыгал от восторга. Потом они начинают спорить о школе и друзьях Фентона, которых Эйл терпеть не может. Я первый раз вживую вижу, как ругаются люди. И замечаю, что проблемы у них те же, что в кино.
В конце концов Эйл так выходит из себя, что со всей дури шлёпает по своей ноге.
-- Ты не бросишь школу!
-- Им же больно, -- говорит Фентон.
-- Кому?!
-- Твоим джинсам.
Эйл отворачивается от него и хватает со стола газету. Разворачивает её, будто собралась читать, а на самом деле то ли слёзы прячет, то ли покрасневшее лицо.
-- Газета тоже обклеена газетой? -- спрашивает Фентон у миссис Найт.
В Деревянной комнате я отхожу от них и залезаю в кладовку. Дом, милый дом.
Фентон распахивает дверь через секунду. И замирает, уставившись на меня. За всё время, что был здесь, он ни разу не посмотрел мне в глаза. Когда пожимал руку, глянул в сторону кухни. Пока пили чай, рассматривал всё, даже миссис Найт, но не меня. Сейчас, обходя комнаты, метался взглядом от одного предмета к другому. И вот он полез за мной в кладовку, ожидая, может, увидеть тут Нарнию, а наткнулся на мои ужасные мёртвые глаза. Миссис Найт что-то говорит Эйл, та стоит к нам спиной. Фентон быстро оглядывается и забирается внутрь, закрывает дверь.
-- Напугаем её, -- шепчет он мне. -- Тут темно.
-- Это кладовка, -- говорю я.
-- У тебя правда нет имени? Эйл сказала, что миссис Найт называет тебя "мальчик".
-- Я не помню, как меня звали при жизни. Миссис Найт не стала давать мне новое имя, она считает...
-- Ты всегда так разговариваешь?
-- Как "так"?
-- Не знаю, странно.
-- Я мёртвый.
-- А-а-а! -- вдруг кричит Фентон шёпотом. -- Я в кладовке с мертвецом!
И смеётся. Потом он поворачивается ко мне, и его рука дёргается вверх, к нагрудному карману на моей рубашке.
-- Это правда? -- спрашивает он. -- Ты вскрыл себе грудную клетку?
Я говорю, что правда. Он хочет срочно посмотреть, и я начинаю расстёгивать рубашку. Но вспоминаю, что живые не видят в темноте, как я, и застёгиваю её.
-- Потом, -- говорю я.
Тогда Фентон принимается расспрашивать меня. Бьётся ли моё сердце, не разлагаюсь ли я. Действительно ли я не ем, не сплю, не дышу, не моргаю и ещё не умею улыбаться.
-- Круто, ты такой мёртвый! -- говорит он, после того, как я отвечаю на все его вопросы.
-- Чувак.
-- А?
-- Я сказал "чувак", потому что подумал, ты скажешь это в конце. "Круто, ты такой мёртвый, чувак!". Так часто в кино говорят.
-- Любишь фильмы про зомбяков?
-- Я имел в виду...
-- Ш-ш-ш. Они замолчали. Раз-два-три!
Я открываю дверь, а Фентон выскакивает и орёт:
-- Бу-у!
Эйл шарахается и врезается в комод. Миссис Найт только вздрагивает. Фентон хохочет, тыча пальцем в Эйл.
-- Ты бы видела!.. Не могу! Такое лицо!
Миссис Найт мотает головой. Но не похоже, что она осуждает нас. Из верхнего ящика комода выползает наволочка и прикладывает уголок к плечу Эйл. Та снова шарахается, уже в сторону скамейки. Фентон хохочет во всё горло, толкает меня и говорит: