-- И даже записку никому не оставили? -- спрашивает Эйл. -- Кто-то же волнуется и ищет вас, нельзя так взять и уйти.
-- Да давно меня уже никто не ищет, если и искал хоть секунду-другую. И понимаешь, в чём дело: в первый раз я ушла без записок, просто вырвала свою жизнь с корнем и бросила. Всё, не было её больше. А если кто-то и зашёл потом в дом, так труп мой нигде там не залежался-не завонялся. Глянули, что в шкафу пусто, и решили -- укатила старуха в кругосветное путешествие. Кому я вообще нужна?
-- Но раз вам так жалко бросать дом, хоть сейчас поищите кого-нибудь...
-- Я уже нашла -- тебя. Завещаю тебе дом, будешь за ним ухаживать. Но, сама понимаешь, никакой официальной бумаги дать не могу.
Эйл ёрзает на диване, глядит в тарелку с пирогом, а потом растерянно поднимает глаза на миссис Найт.
-- Как же я буду тут жить? Это ведь не мой дом. Вы даже не знаете, кому он раньше принадлежал?
-- Знаю я, знаю, -- машет рукой миссис Найт. -- Но бывший хозяин давно стал удобрением.
-- А его родные и близкие? Они же имеют все права на этот дом. Странно, что они до сих пор не заявили о них.
-- Какая ты правильная вся, посмотрите-ка! Слушай, девочка, расскажу тебе историю. Добавь себе чая и возьми ещё кусок пирога, потому что история эта долгая.
Миссис Найт подливает чаю себе и в чашку Эйл, хотя та ещё и глотка не сделала. Но чашки у нас умеют увеличиваться в размерах, и эта увеличивается, так, чуть-чуть, чтобы Эйл не заметила. А Эйл и не смотрит на чашку, только поглубже садится на диване: то ли сдалась, то ли ей правда стало интересно, что там за история.
-- Давным-давно, -- начинает миссис Найт, -- жил волшебник, добрый и талантливый. Звали его Теобальд. Однажды он влюбился в простую горожанку, девушку не из семьи волшебников, и захотел на ней жениться. А она тоже в него была влюблена, и ничто не препятствовало их союзу. Сыграли они свадьбу, и Теобальд задумался о том, чтобы съехать от родителей и обзавестись собственными детьми. Построил дом с тремя комнатами, защитил его магией от всяких встречных-поперечных, и жили они в любви и согласии. Пока прекрасная супруга Теобальда не захворала. Поначалу он думал, обычная простуда, однако с каждым днём жена выглядела и чувствовала себя всё хуже, и никакие лекарства ей не помогали. И она попросила его сходить в город за доктором, простым, не тем, который лечит волшебников, ведь она была обычным человеком. Теобальд заспорил, сказал, что приведёт доктора-волшебника, и тот быстро поднимет её на ноги. Но жена тоже заспорила, снова стала просить обычного доктора. И Теобальд сдался, ведь ей становилось всё хуже, а он не мог смотреть, как мучается его прекрасная любимая жена. И он отправился в город, который находился далеко-далеко от дома. Он боялся, что не успеет вернуться с доктором. Но он успел.
Доктор осмотрел его жену и сказал: безнадёжно, болезнь уже так запущена, что не вылечить её ничем. Теобальд разозлился и прогнал доктора, обозвав шарлатаном. Решил теперь привести другого, волшебника. Жена уже едва дышала, бледная, лежала в постели и таяла на глазах. Но Теобальд успел вернуться и с доктором-волшебником. И этот доктор сказал то же самое: безнадёжно, никакая магия не способна победить смерть. А та уже крепко вцепилась в бедняжку, почти допила её до дна. Услышав это, Теобальд разозлился ещё сильней, пообещал проклясть доктора. Но сначала решил найти лекарство, а если не найдёт, -- придумает сам.
И он стал искать: в магических книгах, у друзей-знакомых, у старых лесных ведьм. Но всё было бесполезно, не существовало лекарства от смерти. А жена уж совсем зачахла, каждый её вздох мог стать последним. И вот когда Теобальд был уже на краю отчаяния, сидел в пабе и топил своё горе в крепком пиве, зашёл туда давнишний его друг, который так проникся его бедой, что сам стал икать спасение для его бедной жены. И друг подсказал ему древнее, давно всеми позабытое заклинание. Но предупредил: заклинание это очень сложное и требует мощной магической силы. Наш Теобальд был талантливым волшебником, и желание поднять жену на ноги было у него нечеловечески сильным. Поблагодарил он друга, поклялся в долгу до гроба и умчался стремглав домой. А там развернул листок с формулой, что дал ему друг, и узнал об ещё одном условии: дом, в котором проводится ритуал, должен быть построен волшебником. "Ну это уж точно!" -- обрадовался Теобальд и принялся изучать формулу. Она оказалась сложнее, чем Теобальд мог себе представить, но он выучил её за ночь, прислушиваясь к затухающему дыханию жены. Провёл ритуал и сел у кровати жены ждать.
Он так вымотался, разбирая хитроумную формулу, что незаметно для себя заснул. А когда проснулся, не поверил глазам. Дом сиял от чистоты, из кухни доносились вкуснейшие ароматы, а кровать жены была пуста и убрана. Теобальд ринулся на кухню, и там его встретила жена, здоровая, ещё красивей, чем прежде, румяная и полная сил.
После этого они снова зажили в любви и согласии. Вскоре жена забеременела. Теобальд уж успокоился от счастья и задумался, как бы улучшить заклинание, чтобы оно не только вылечивало от любого недуга, а и сделало бессмертными хозяев дома. И принялся он усердно работать, не жалея ни сил, ни времени, ни жены, которая осталась без его внимания.
Он перечитал тысячу книг в поисках формулы бессмертия, снова отправился по друзьям-знакомым, спрашивал у друга своего давнишнего, напрочь позабыв о долге. Но ни друг, ни знакомые, ни книги, ни старые лесные ведьмы не смогли ему помочь. И тогда он пустился в путешествие по свету. Жена уже должна была скоро родить, она просила его остаться, бросить эту затею, но он потерял голову от желания стать бессмертным. Целый год Теобальд скитался по далёким странам. Учился у мудрейших и старейших волшебников, открывал сотни новых заклинаний, постиг тайную магию космоса, которую в силах постичь редкий волшебник. И наконец вернулся домой, посчитав, что готов вывести формулу, которую так долго искал.
Жена протянула ему годовалого сына, который впервые увидел своего отца, но Теобальд прошёл мимо в комнату и углубился в работу. Минул ещё месяц, Теобальд не брился и не стригся, практически не ел, прогонял жену и сына, стоило им приблизиться к двери комнаты. И вот формула была готова. Теобальд вышел на улицу и едва не ослеп от солнечного света, который успел позабыть. Его руки тряслись, когда он поднял их и направил на дом. Мощь его магии вызвала шквальный ветер, воздух вокруг раскалился, как в печи. Дом вздрогнул, задребезжали стёкла и посуда, мебель заскрипела по полу. Теобальд опустил руки и вошёл внутрь. С виду ничего не изменилось, только его маленький перепуганный сын плакал на руках у жены. Теобальд осмотрел дом и увидел, что заклинание не получилось.