Анна лукаво глянула на мужа.
— Чтобы нравиться мужчинам.
Ее густые волосы при свете камина отливали медью. Фрэнсис поцеловал Анну, и волосы хлынули вниз, охватив своим пламенем красивую грудь.
— Знаешь, дорогая, о чем я думаю: почему бы нам не поехать на север вместе с Уиллом? Тогда ему не будет так одиноко среди совсем незнакомых людей, и к тому же ты пятнадцать лет не была у брата в Равенспорте. Впрочем, нет, погоди. — Фрэнсис нахмурился. — Через месяц Рождество, а сразу после этого начинается сессия парламента. Я должен быть в Вестминстере. Ладно, слушай. Заседать парламент будет до Сретения{155}, а весной король посылает меня на север. Ты поедешь со мной. То есть вы оба поедете. Мы отвезем его в Миддлхэм, а потом поедем в Эскхэм-Брайан. В Йоркшире весной хорошо. Как тебе этот план?
Ее ладони спрятались в руках Фрэнсиса — смуглых, с черными волосами на запястье. Не произнеся ни слова, Анна прижалась к нему щекой. И оба вспомнили одно и то же: их первый, безоблачный год, когда Фрэнсис привез жену в Минстер-Ловел. Тогда здесь в ходу была шутка: «Если увидишь закрытую дверь, это значит, хозяев не стоит беспокоить, какие бы срочные дела по дому ни были». Взглянув на Анну, Фрэнсис подумал, что не так уж давно это было. Опуская Анну на подушки, он почувствовал, как бьется ее сердце. Фрэнсис положил руку на ее грудь. Чуть отклонившись, Анна прошептала:
— Не здесь.
— Что так? — Ему уже представлялось стройное белоснежное тело жены, позолоченное отблесками каминного пламени.
— Могут войти, — пробормотала она, прижимаясь лицом к его ладони. — Но ты… ты можешь послать кого-нибудь наверх, пусть скажут камеристке, что она свободна.
Фрэнсиса все это немало позабавило.
— Да ты у нас прямо монашенка.
Он поднялся и, не скрыв улыбки, вышел из комнаты в зал. Тут уже собирались ко сну. Койки для людей, с которыми он приехал, были приготовлены, остатки мяса, хлеба и пустые кружки из-под эля убраны. Он поймал холодный взгляд капеллана. Тот сидел с управляющим и был явно недоволен тем, что милорд так откровенно пренебрегает его обществом. Фрэнсис отыскал полусонного пажа и отослал его наверх. Служанки давно ждали хозяйку, чтобы помочь ей раздеться. Через некоторое время Фрэнсис вернулся в гостиную. От зала ее отделял небольшой холл, откуда наверх круто поднималась полутемная лестница. Увидев мужа на пороге, Анна подошла. В руках у нее был кубок с вином, она словно не знала, что с ним делать. Фрэнсис мигом решил проблему — опустошил его и обнял жену за талию.
— Боюсь, тебе сегодня придется спать с пьяницей. Они уже, наверное, ушли, дорогая. Пойдем?
Служанки оставили свечи горящими. У кровати стояли кубки с вином и блюда с вафлями. Дверь спальни была плотно закрыта. Фрэнсис запер и другую, ведущую на лестницу. Затем он подошел к жене и привлек ее к себе. Анна дрожала от холода. Спальня еще не нагрелась. Фрэнсис достал халат, быстро набросил его Анне на плечи и прижался лицом к ее груди.
— Ты так добра, любимая. Я скверно вел себя по отношению к тебе.
Анна пробормотала что-то невнятное, гладя его по голове. Фрэнсис приподнял ее подбородок и наклонился, чтобы поцеловать. Анна отвела глаза, но благодаря стараниям Фрэнсиса халат уже соскользнул с ее плеч. Фрэнсис подумал, что жена просто стесняется.
Только потом он стал понимать, что же все-таки происходило на самом деле. В какой-то момент он заснул. Он буквально провалился в забытье, которое наступает в результате сильной усталости или от большого количества выпитого вина. Подумав об этом, Фрэнсис улыбнулся. Когда он пробудился, долго не мог сообразить: продолжается ночь или уже настало утро. Его смущал бледный свет за окном — такой бывает в лунную ночь или утром на рассвете, Он повернул голову и, к своему удивлению, обнаружил, что песок в часах, стоявших на сундуке у постели, продолжает струиться. А ведь он точно помнил, что сам поставил их перед тем, как лечь с женой. Потом он вспомнил, что Анна тоже пригубила вино, — но не пила. Пил он один. Во рту все ощущался вкус выпитого, сейчас куда менее приятный, чем час назад. В голове, слава Богу, немного прояснилось. Ладно, до утра еще далеко, надо спать. Он завернулся в одеяло и лениво потянулся к Анне. Пусть будет поближе. Только тут Фрэнсис понял, что в постели ее нет.
Поначалу напрашивалось самое естественное объяснение: она могла пойти в комнату по соседству, чтобы привести себя в порядок. Это было рядом со спальней служанок. Однако рядом с кроватью стояло судно, он заметил это, еще когда они вошли в спальню. Фрэнсис спокойно ждал Анну, лежа в кровати. Но она не возвращалась. Он приподнялся на локте, прислушался — никаких шагов, ни малейших признаков того, что в комнате кто-то есть.