Фрэнсис не мог ничего сказать. Какая-то не атрофированная еще часть мозга отчаянно бунтовала, пытаясь найти слова протеста. А если не помогут ни слова, ни живые свидетели, само время разоблачит эту ложь. Но это когда еще будет, а пока язык отказывался повиноваться. Она считает, хочет считать, что все именно так и обстоит, — вот единственное, что имеет значение. Всего несколько коротких месяцев прошло — и как же исказился в глазах Анны его образ.
Он почувствовал, что она задрожала, ее пальцы впились ему в плечи. Фрэнсис мягко отстранил жену, отступил на шаг. Филипп, стоявший позади, направился к выходу — со двора донесся конский топот: это из Тьюксбери вернулись слуги, которых они обогнали по пути. Но Фрэнсис ничего не слышал. Взгляд его был прикован к человеку на лестнице.
— Это ваша работа, Тэлбот. Вы что же, думали, я не пойму?
— Фрэнсис, он ранен, — негромко, но настойчиво произнес Филипп.
— Тем хуже для него. — Фрэнсис даже не повернулся. Глядя на меч, беспомощно болтающийся у Хамфри в руке, он начал искать на поясе нож. Еще шаг вверх по лестнице — и Фрэнсис уловил сзади чье-то быстрое движение. Его крепко схватили за запястье, стараясь вырвать оружие. Опять-таки не глядя, он освободился.
— Не вмешивайтесь, Филипп!
Он изо всех сил сжал кулаки и случайно попал локтем во что-то мягкое. Не раздалось ни звука, но Фрэнсис и так понял, что натворил. Он круто повернулся и, выронив из рук нож, увидел, как Анна скатилась с лестницы, пересчитав все ступеньки. Она лежала неподвижно, полуприкрыв лицо рукой: виден был только след от удара.
Филипп подоспел к ней раньше всех. Фрэнсис через секунду был рядом. Отстранив кузена, он стал на колени посмотреть, что случилось, и тут же почувствовал на плече руку Хамфри.
— Убирайтесь отсюда, Ловел! Вам что, мало того, что вы уже натворили?
Фрэнсис пропустил эти слова мимо ушей. Он сражался с тесемками и застежками на платье Анны. Некоторые сплелись в узел, так что ему пришлось рвать тесьму. Пальцы его дрожали.
— Позовите служанок, Тэлбот. Я отнесу ее наверх.
Хамфри опустился на колени рядом с Фрэнсисом и взял Анну за руки. От лица у нее отхлынула кровь.
— Если она умрет, я убью вас, Ловел. Попомните мои слова, — прошипел он.
— Позовите служанок, идиот, — подняв голову, негромко повторил Фрэнсис. — Наши счеты мы уладим потом, об этом не беспокойтесь.
Тут Анна всхлипнула и зашевелилась. Она непонимающе посмотрела на Фрэнсиса и слабо оттолкнула его; он поднял ее на руки:
— Тихо, тихо, любимая. Я отнесу тебя в постель.
Она снова попыталась оттолкнуть его, но безуспешно. Анна разрыдалась, стиснула руки. Хамфри поглаживал ее пальцы, бормоча что-то успокаивающее.
— Черт побери, Тэлбот, — взорвался Фрэнсис, — вы что, здесь целую вечность собираетесь торчать? Разве не видно, что происходит?
Не выпуская Анну из рук, Фрэнсис попытался подняться. Она потянулась к кузену, двинувшемуся было наверх:
— Хамфри… Хамфри, не надо…
У нее перехватило дыхание. На месте, где волосы прилипли ко лбу, образовалось ржавое пятно.
Хамфри склонился над ней.
— Да, дорогая?
— Пожалуйста… Пожалуйста, пусть он ко мне не прикасается.
В напряженной тишине послышались шаги — к холлу шел Уилл Паркер. С величайшей осторожностью Фрэнсис нагнулся и опустил Анну точно на то место, где она лежала. Поднявшись, он обежал комнату невидящими глазами: в них застыло какое-то странное выражение — то ли страха, то ли отчаяния, то ли боли. Точно такое выражение Филипп уловил однажды во взгляде одного канонира{88} из Уэльса. Осколком разорвавшегося неподалеку ядра ему оторвало руку — в первый момент он не понял, что произошло. Заскрипела дверь, и, не оборачиваясь, Фрэнсис резко бросил через плечо:
— Паркер!
Анна беспокойно зашевелилась на полу, бесшумно глотая слезы. Оруженосец не мог скрыть испуга на обычно веселом лице. Он быстро подошел к Фрэнсису.
— Случилось несчастье. Прошу вас отнести мою жену в спальню. Господа покажут вам дорогу.
Фрэнсис прошел к длинному столу под навесом и встал, повернувшись спиной к лестнице; оруженосец поднял Анну и следом за Хамфри стал подниматься по лестнице. Наверху хлопнула дверь, несколько минут спустя она открылась вновь, из комнаты вышел Паркер. Послышался голос Хамфри, он звал на помощь. Перепуганная горничная скатилась с лестницы, вылетела на кухню и тут же вернулась с тазом воды. Фрэнсис все еще стоял у стола, упершись ладонями в крышку. Метнув на него неприязненный взгляд, горничная побежала наверх. Вновь хлопнула дверь, и воцарилась тишина.